Книга Повторившаяся любовь, страница 34 – Розанна Батиджелли

Дэвид прошел в кабинет и включил настольную лампу. Постучал пальцами по полированному ореховому столу. Кого он обманывал? Он был слишком взвинчен, чтобы сконцентрироваться на работе. Вздохнув, он выключил лампу и пошел к себе в комнату, надеясь, что сон придет быстро.

После того как Дэвид и Бьянка уехали, Нэв спустилась вниз во двор с книгой, но не смогла на ней сосредоточиться. Зачем Дэвиду понадобилось так быстро увозить Бьянку после того, как они только встретились? Нэв хотелось знать настоящую причину того, почему он так непреклонно заявил, что ей нужно остаться. Вероятно, она сделала что‑то такое, что его рассердило.

Что бы это ни было, она была полна решимости узнать, в чем была проблема. И тогда, возможно, он снова посмотрит на нее, как восемь лет назад…

Она проснулась от шагов по коридору, но опять заснула. Но спустя некоторое время она услышала детские крики, и тут уже проснулась окончательно, осознав, кто кричал.

Бьянка. У нее был один из ее кошмаров?

Схватив халат, она поспешно его надела и выскочила из спальни. Дверь Бьянки была приоткрыта, и Нэв, не колеблясь, вошла в комнату. Девочка сидела на постели, ее лицо было мокрым от слез.

— Все хорошо, Бьянка, — прошептала Нэв, обнимая ее. — Тебе приснился плохой сон. Я здесь.

— Я тоже здесь.

Голос Дэвида заставил их обеих взглянуть в сторону дверного проема. В несколько шагов он добрался до кровати, присел на корточки и, взяв Бьянку за руку, поцеловал ее. Потом отрывисто сказал Нэв:

— Вы можете вернуться в постель. Я о ней позабочусь.

Нэв почувствовала укол боли. Она надеялась утешить девочку, рассказав ей стихотворение, которое всегда рассказывала своим воспитанникам в детском саду после того, как им снились плохие сны.

— Я просто…

— Я хочу, чтобы она осталась! — воскликнула Бьянка, дернув дядю за руку.

Дэвид поджал губы, переводя взгляд с Бьянки на Нэв.

— Если хочешь, если синьорина Нэв не против… — ответил он хрипло.

— Я совсем не против, — сказала Нэв. Она бросила взгляд на книжную полку. — Может быть, я почитаю Бьянке…

Лицо Бьянки просветлело. Она выбралась из кровати и побежала за книгой. Нэв почувствовала, как ее сердце таяло при виде Бьянки в ночной рубашке, с распущенными золотисто‑каштановыми волосами, со стройными ногами, бронзовыми от летнего загара.

Хотя она не сводила глаз с Бьянки, Нэв все время чувствовала близость Дэвида. И его пристальный взгляд.

— Это моя любимая, — сказала девочка, показав книгу сказок на итальянском. — Сможешь почитать мне?

— Не думаю, что синьорина Нэв умеет читать по‑итальянски, — резко произнес Дэвид.

— Я умею, — быстро ответила Нэв. — Я изучала итальянский в средней школе и в университете.

— Хорошо, — кивнул Дэвид, скрестив руки на груди.

Сердце Нэв перевернулось. Она думала, что он выйдет из комнаты. Бьянка подала ей книгу. Нэв чувствовала себя как на сцене, освещенная светом прожекторов. Открыв книгу, она глубоко вздохнула и начала читать…

В груди у Дэвида что‑то сжалось при виде Нэв, читавшей по‑итальянски Бьянке. Как будто кто‑то схватил в кулак его сердце. Он старался не морщиться. Был ли он обижен на Нэв? Ревновал ее? Нет… Ему стало больно оттого, что его сестра Виолетта должна была укладывать Бьянку спать и читать ей сказки на ночь.