Книга Скандальный роман с бывшим мужем, страница 26 – Мария Акулова, Арина Вильде

— Не ваше дело, господин Серебрянский.

— А сын как?

Хочу огрызнуться: и это тоже не ваше, но торможу. Сердце меня предает. Болит. Сложно не думать, что эгоистично с моей стороны решать за них, что они друг другу не нужны.

— С ним всё хорошо.

— Как отошел от передряги? — Голос Игоря звучит неожиданно для меня мягко. И взгляд тоже не несет в себе угрозы. Он склоняет голову. Я почему-то фокусируюсь на мужской руке, которая лежит на руле.

Когда Тимурка только родился, у него уже были длинные, как мне тогда казалось, пальчики. Мне было одновременно больно и радостно, что у сына скорее всего будут настолько же красивые и чуткие руки, как у его отца.

Тело вспоминает их прикосновения. Мне становится зябко. С нажимом веду ладонями по плечам, заставляя себя избавиться от видения и посмотреть на Игоря.

— Отошел, спасибо. И спасибо, что спас его…

Благодарность дается тяжело. Игорь в ответ мимолетно улыбается. А я только сейчас, кажется, осознаю, от какой опасности он уберег нашего сына.

А еще молчу о том, что с тех пор Тимур несколько раз вспоминал своего спасителя. Спрашивал у меня, как там укротитель волков. Ну и когда мы съездим навестить его в больницу.

Тимур решил, что спасая его, герой-укротитель получил чуть ли не смертельную травму.

Мой взгляд соскальзывает на плечо Игоря. Внешне оно выглядит совершенно здоровым.

— А ты как?

Я спрашиваю, перешагивая через гордость. Сейчас она кажется неуместной.

Игорь прижимает ладонь к плечу и прокручивает.

— Буду жить. Наложили швы. Сказали являться на перевязку. Но волчьи зубы — не острей ножа. А я привыкший…

Его слова звучат страшно. В горле сохнет. Я хмурюсь и прокашливаюсь. Спросить, с каких пор это он привыкший? Нет. Страшно. Да и зачем? Мы же посторонние люди.

— Он правда был бешеный?

Игорь улыбается. Замечаю лучики-морщинки вокруг глаз. Чувствую себя пойманной в ловушку. Нужно оторвать взгляд, а как?

— Нет. Хотя бы в чем-то я оказался счастливчиком. Просто агрессивный. Был.

Практически отдираю себя от лица бывшего мужа. Опускаю взгляд и киваю.

В салоне становится тихо.

Семь из отведенных на разговор десяти минут мы потратили на треп. Я почему-то уверена: Игорь приехал не обсуждать проект. Только мне так и не понятно, что же он от меня хочет.

— Так что там с пожеланиями?

Надеваю маску делового архитектора. Открываю лежавший все это время на коленях планер и щелкаю ручкой.

Смотрю на Игоря в ожидании. Он в ответ тоже. Но совсем не так. Мне кажется у меня даже волоски поднимаются. В голове дурные мысли: слишком голодный взгляд. Что я буду делать, если набросится, как тот волк? Только не чтобы разорвать, а… Поцеловать?

Становится жарко. Ерзаю.

Игорь усмехается и мотает головой.

— О проекте можно и на неделе поговорить. А вот кое о чем — сейчас…

Адреналин снова скачет. Растерянность сменяется злостью.

— Ты нормальный вообще? — Сверкаю глазами.

— Не совсем, но раньше тебя устраивал.

— Опять ты об этом! — Вспыхиваю спичкой. Повышаю голос и захлопываю блокнот. — Я понятия не имею, с чего вдруг ты решил снова появиться в моей жизни, Серебрянский, но я прошу тебя по-хорошему. Не лезь. К моей. Семье.

Чеканю слова в надежде, что до Игоря дойдет. Но вспоминаю сына и наши разговоры о жирафе и понимаю, что мои надежды — напрасны.