Книга Скандальный роман с бывшим мужем, страница 23 – Мария Акулова, Арина Вильде

— Значит, у тебя есть сын.

— Да, у меня, как видишь, есть сын, — выдавливаю из себя улыбку, пытаюсь скрыть насколько сильно сейчас нервничаю.

— Просто на тебя не похож совсем. Поэтому и уточняю, — усмехается, словно что-то знает. Я не замечаю в его взгляде особого удивления. Словно все эти пять лет он знал, что у нас с ним родился сын. — Так ты замуж второй раз вышла? Кольца на пальце нет, поэтому спрашиваю, — каждый вопрос Игоря, словно провокация.

— Мама, поехали уже! Я к жирафам хочу! — Кричит в окно Тимур, спасая меня от надобности придумывать ответ и врать.

— Мне пора. Мы об этом еще поговорим, — цежу сквозь зубы, рукой в сторону участка указываю.

В гостиной темно и уютно, Тимурка сопит на диване. Иногда мне кажется, что он взрослеет и перенимает черты отца слишком быстро. Упрямый точно как Серебрянский.

Я уговаривала его лечь в детской, но он не согласился.

Сердце сжимается от тоски, когда думаю, что из-за своей чертовой работы ворую у ребенка так много времени, что ему приходится радоваться возможности понаблюдать, как я сижу с планшетом. Но что поделать? Полагаться нам не на кого, а я хочу обеспечить сына лучшим.

Поэтому игнорирую затекшую шею и спину, работая под ночником.

После встречи с волком на участке Игоря мы с Тимуром всё же поехали в биопарк. Я боялась, что сын при виде животных опять испугается, но стычка с диким зверем не отбила желание познавать природу. Теперь у нас другая проблема: насмотревшись на больших кошек, проворных обезьян и красочных птиц, Тимур решил, что нам тоже нужно себе кого-то завести.

Вариант рыбок или черепашки его не устраивает. Как и мои объяснения, что жирафа в квартире мы содержать не сможем при всем желании.

Мы ведем эти разговоры уже третий день. Пока что сошлись на компромиссе: Тимур обнимает игрушечного маленького жирафа, а я думаю, можем ли мы рассмотреть вариант проживания карликового окапи на балконе.

Вспоминаю и вздыхаю с улыбкой. Если его в пять лет невозможно переспорить, то что же будет дальше?

Отрываюсь от экрана и смотрю на сына. До слез сильно хочется бросить всё, подойти к нему, обнять, зацеловать щечки, вдохнуть запах детства на макушке. Убаюкать колыбельной, которую он любил совсем недавно. Рассказать сказку…

Возвращаюсь взглядом к планшету, а вот мыслями — не могу. Не реже я думаю о том, что эти пять самых насыщенных родительских лет я украла у Игоря. В такие минуты обжигает стыд. Может я должна была выйти с ним на связь и всё же сообщить о беременности? Совесть подсказывает, что да. Но задетая гордость принимает другую сторону. Если бы он хотел…

Горько усмехаюсь. Он же сам сказал, что может узнать обо мне всё за пять минут. Почему-то на протяжении пяти лет это желание не возникало. А теперь его вокруг слишком много.

Тимурка сладко причмокивает, я снова бросаю на него взгляд и улыбаюсь. Потом — на часы. Уже поздно, давно пора спать. Глаза слипаются, а завтра рано вставать. Поэтому прочь глупые размышления. Время не вернуть. Каждый из нас принял свое решение. Он — разрушить наш брак и облить меня помоями. Я — строить свою жизнь без оглядки на мужчину, не заслуживающего доверия.

Злость на Игоря помогает моему организму выработать достаточно адреналина, чтобы ускорить работу. Я допиваю остывший кофе, штрих за штрихом приближая окончание отрисовки чернового варианта дизайн-проекта его дома.