Онлайн книга «Стану смелой для тебя»
|
— Я же не совсем дурак, Сант… Данила мягко возразил, Санта упрямо мотнула головой, отставляя свой стаканчик туда же, где уже стоял Черновский. Следующая пауза заполнилась его взглядами. Такими же, как чуть раньше у Санты. На кофе. По ее пальцам к кисти, до плеча, по шее, губам, носу до глаз. — Я не ожидала. Просто не ожидала… Принимая правду, в которой сама Санта ни секунды не сомневалась, а Данила как-то не допускал, мужчина несколько секунд смотрел напряженно, ныряя куда-то на дно зеленых глаз. Санта это чувствовала, внутренняя дрожь из-за этого усиливалась, но сейчас ей очень важно было донести свою правду. Быть искренней – подвергать себя угрозе. С высокой вероятностью, твоей открытостью могут воспользоваться. Природная осторожность кричала Санте не пытаться быть с ним настолько откровенной. Но вырывающееся из груди сердце просило рискнуть. Им ведь и так плохо. Хуже не будет. Но вдруг… — Значит, совсем… Данила сказал тихо, опуская голову и улыбаясь каким-то своим мыслям. Это стало немного неожиданным… Это заставило и саму Санту на мгновение улыбнуться. А потом снова замереть. Потому что Чернов уже смотрит на неё, сузив глаза. — Ты и без меня знаешь наверняка, что очень красивая. Запоминающаяся. В сердце западаешь. Попробуй отделаться потом. Но мы же взрослые люди. Так нельзя. Мне на тебя западать нельзя, Сант. Ни за что. Игнорировать тебя – тоже плохая идея. Свинство похуже, чем разбрасываться окурками. Данила вспомнил, усмехнулся, а Санта при всём желании ответить тем же не смогла бы. Замерла и слушала. — Но главное свинство – это допустить что-то большее. То, что априори разочарует. — Кого разочарует? Санта понимала: Данила ждет от неё не вопросов, а куда более свойственных кивков головы и тотального понимания, даже если на самом деле – ни черта. Но в Санте с каждым его словом разгорался протест. Не яркий. И не яростный. Но достаточно сильный, чтобы противостоять. Выдерживать взгляды, впитывать усмешки. — Как минимум, тебя. — Не надо решать за меня. Просто себя объясните. Я вас не поняла, а вы сами решили, как хотите понять меня. Проблема ведь в этом. – Даже это сказать Санте было сложно. Слишком дерзко. Несвойственно. Самонадеянно. Слова легко могли просочиться сквозь песок, навсегда пропасть в нём бесследно. Но ответный пытливый взгляд Чернова дал понять: кажется, нет. Он не ожидал. И он задумался. И он не спешит перебивать. – Вы мне нравитесь… Девичье сердце уже даже не бьется – дребезжит, как испорченный будильник, который невозможно отключить ударом, а губы складываются в слова, которые Санта в жизни не произнесла бы. Во всяком случае, ей так казалось. Из-за страха получить не ту реакцию. Из-за бесконечного страха, который незнаком ни одному из мужчин, которых она считает своими путеводными звездами. Которым она хотела бы уподобиться. Чьей любви хотела бы. — Очень. Давно. Понимая, что пути назад нет. Санта своими же руками вбила два гвоздя двумя словами. Произнесла, а потом снова слушала тишину. Не жалела, но готовилась к тому, что вот сейчас будет больно. — Это плохая идея, Сант… Так и получается. Рука Чернова тянется к её щеке, придерживает подбородок, будто боясь, что вот сейчас такой вздернутый после произнесенных слов он опустится, скользит большим пальцем по скуле… |