Онлайн книга «Иду на свет»
|
— Я чем-то помочь могу? Ощущая на себе адресное внимание, Санта спросила, повернув голову. В ответ получила кривоватую улыбку и стервозно-озорной взгляд. В своей голове Альбина сейчас что-то съязвила, но сдержалась, не озвучив. А даже если ляпнула бы — уже не обидела. — В Барсу собрались? Вопреки уверенности Санты, что выбить её из колеи — сложно, Аля — как всегда… Спрашивает тихо, с многозначительной улыбкой, а у Санты ускоряется сердце и краснеют щеки. Потому что она не хочет с Альбиной такое обсуждать. Она даже с Данилой обсуждать это не хочет. — В планах хоть без «сувениров» или прямо во все тяжкие? Санта игнорирует, сильнее краснея, Альбина чуть приближается. Смотрит, склонив голову, смущает… — Когда увольняешься, Сант? До Нового года или после? И снова в ответ на вопрос — игнор. Но сердце Санты опять вскачь, а взгляд Альбине она дарит такой, что и поджечь может. Некоторые бессловесные посылы Санты разобрать способен не только Данила. Аля тоже должна бы прочесть в глазах: «тему закрыли», но почему-то её это не тормозит. — Откуда ты всё знаешь? Санта спрашивает тихо, Альбина пожимает плечами. Вероятно, собирается ещё немного поинтриговать, но решает, что бессмысленно… — К Чернову заходила. Он разговаривал с турагентом, как я поняла… — А вдруг не со мной летит, и ты только что его знатно подставила? — Санта задала вопрос из вредности. Просто, чтобы плохо было не только ей. Но Альбину таким с толку не собьешь. Она улыбается и медленно переводит голову из стороны в сторону. Потом скользит по Санте взглядом. Мол, ты, конечно, не в моем вкусе, но… — Боюсь, без тебя он уже вряд ли куда-то полетит… И вроде бы Санте радоваться, а сердце сжимается. Она в жизни не подумала бы, что очевидность и сила его чувств может делать больно ей. При том, что всё взаимно. — Так когда ты увольняешься, Санта Петровна? Мне знать надо… И пусть Альбина перешла из разряда врагов в вынужденные союзники, но случались моменты, когда Санте по-прежнему хотелось послать её нахер, забив на то, что они вроде как взрослые люди, между которыми — субординация. — Если соберусь увольняться — вы узнаете об этом в числе первых, Альбина Николаевна… Санта ответила максимально официально, поворачиваясь к женщине и пытаясь доходчиво объяснить: дело это не её. Но эта женщина по-прежнему сама определяет, куда сует свой в меру аккуратный нос. — Сант… Обращается уже без издевки, ставит чашку на стол, оглядывается, чтобы убедиться — на кухне кроме них по-прежнему никого… И даже вопреки тому, что ещё ничего не сказано, Санту уже потряхивает… — Чего ты ждешь? За что ты так держишься? Коню ведь понятно, чего он хочет… А ты его вроде как любишь, но выглядит, будто пользуешься… Раньше подобная фраза была бы отличным оружием в их необъявленной войне. Сейчас же просто больно сделала. Санта опустила взгляд, закусила губу. Внутри про себя повторяла «не правда!», «это всё неправда!», «абсолютная неправда!», а в лицо-то Альбине ответить было нечего. Потому что как выглядит, она понимала. И что так выглядит для самого Данилы — тоже. По иронии судьбы, его поступок отчасти и стал причиной ситуации, в которую они попали сейчас. Данила взял её на работу, то ли не думая о моменте, который настиг сейчас, то ли он просто тогда ещё и сам не верил, что такой может его настигнуть. |