Книга Замуж в наказание, страница 184 – Мария Акулова

— А сверху ему не согласовали? – Наум переводит голову из стороны в сторону. Я почему-то думаю, что такие разговоры опасно вести в публичном месте, но Науму, наверное, виднее. В безлюдном я с ним не встретилась бы.

— Нет. Сверху объяснили, что нужно притормозить. Он не стал. На что надеялся – даже не знаю. Но сейчас все в ахуе. У всего есть правила. И эти правила не имеют ничего общего с процедурами, прописанными в законодательстве. Их просто знают те, кто должен знать. Твой муж решил положить на них болт. Когда посреди ночи в руки к ментам, которых твой благоверный точно так же жмет, попал твой брат, как думаешь, они были очень рады?

Передо мной стоит кофе. Нужно всего лишь взять в руку чашку и сделать глоток, чтобы смочить горло. Но я не могу. Сглатываю слюну. Это не помогает. Мне страшно представить, что такое «были очень рады».

— Конечно, они будут его держать. Все, кому нужно, уже в курсе, что теперь не только Салманов всех прихватил за яйца, но и его есть, за что дернуть…

— Айдар сказал, что мы не вмешиваемся. Будет расследование…

Убеждения мужа, которым я поверила, сейчас смывает как песчаный замок. Мне кажется, что Наум нашел ключ от сундука с моими страхами. Щелчок – и он открыт.

— Дай угадаю… Честное! – Наум произносит громковато. Я даже дергаюсь, выдавая свое напряжение. Следом – улыбается. Как глупому ребенку. Правда и я сейчас себя чувствую вообще не умной. – Никакого честного расследования не будет, Айлин. О чем ты? Там мясорубка. Твой брат – пешка. Сам проебался, не спорю, но судьба его зависит не от степени вины, а от поведения твоего мужа. Он же у тебя халяльный?

Наум спрашивает как будто между делом. В груди колет. Не надо его так называть…Но я сглатываю протест, как чуть раньше слюну. Киваю просто.

— Ты думаешь, ему там кто-то будет на отдельном мясе баланду делать? – Молчу. – В рот ебали все… – Видимо, у меня слишком красноречиво расширяются глаза и вспыхивает лицо. Наум осекается. – Прости. Забываю постоянно, что ты у Салманова – девочка нежная. Никто не будет заботиться о его правах. А если рот откроет свой… Юридический… Ну тут ты сама понимаешь. Только хуже сделает.

Меня накрывает паникой с головой. Из тела уходят силы. Из черепушки – мысли. Я не допускаю возможности, что Наум мне врет. Интуиция подсказывает – нет.

— А там правда ужасные люди? Айдар же с ужасными людьми борется…

Этот вопрос не должен вызвать улыбку. Но на губах Наума играет она. Нежная. Понимающая.

— Конечно, ужасные, Айлин. И, конечно, в идеальном справедливом мире Салманов – герой. Только знаешь, в чем специфика? На смену этим ужасным людям придут другие. Где есть место для схем – там будут и люди, которые ими заняться. Да и Айдар… Это амбиция, красавица. У него вот такие амбиции…

Наум замолкает. Я зачем-то киваю, закусив губу. Смотрю в столешницу. Слышу, как мужчина наконец-то берет приборы и накалывает на вилку несколько кусочков из красочного салата.

Он жует, а я погружаюсь в пучину безысходности.

— Айдар не азартный настолько, чтобы просто ради амбиций…

Я начинаю говорить еще до того, как мысль сформулировалась окончательно. Ловлю ее за хвост, как вспышку веры в лучшее. Но она ускользает сквозь пальцы. Я вижу улыбку Наума. Он вздыхает и снова откладывает вилку.