Книга Замуж в наказание, страница 178 – Мария Акулова

Мы живем от надежды к надежде. Наша следующая – это добиться изменения меры пресечения. Мама верит, что на сей раз всё будет хорошо. Папа держит интригу. Я просто молчу. У Айдара уже тоже не спрашиваю. Мы с мужем не касаемся темы. Мне кажется, даже друг от друга держим дистанцию. Не критично, но ощутимо.

— Кызым…

Слышу оклик, вздрагиваю. Я засмотрелась на вид за нашим кухонным окном. Отпускаю тюль и поворачиваюсь к маме. Она мне улыбается. Я в ответ тоже.

В душе давно ничего не ворочается. Я не нуждаюсь в прощениях, слезах и признаниях, что со мной поступили ужасно.

Случившееся с Бекиром для меня обнажило мамину ранимость. Она и по мне вот так убивалась, я же знаю. Мне не легче от мысли, что ее можно было бы еще помучить.

Подхожу. Она дует на лопатку, держа под ней ладонь, а потом протягивает мне. Я послушно пробую мясную подливу к обеду.

— Очень вкусно, – отвечаю честно и с улыбкой. Мама расцветает. А я снова думаю, что она живет на чистой вере.

Если не дай бог Бекира не отпустят, она снова уйдет на дно.

Правда и на брата я уже тоже не злюсь. Сложно злиться на родного человека, когда знаешь, что ему сейчас плохо. Я уверена, что СИЗО – это не курорт. По коже озноб от мысли, как ему там находиться.

Айдар сказал, он объяснил моему отцу, что нужно делать. Я не уточняла деталей ни у одного, ни у другого, но мне кажется, отец пытается договориться с парнем, получившим ранение. Не знаю, удастся ли. И что это даст – пока тоже.

Мы с мамой слышим, как к дому подъезжает машина. По гулу мотора узнаем папину.

Мама начинает сильнее суетиться, а я пытаюсь перебороть волнение. С папой легче не становится. Я чувствую себя виноватой. Не оправдавшей надежды. Не способной повлиять на мужа.

Ох…

Щеки вспыхивают. Я уверена, что не имею право на него влиять, а родные хотят сделать так, как удобно, а не правильно. Но сказать это язык не повернется. На кону жизнь их сына и моего брата. Я их прекрасно понимаю.

А сама никому не пожелала бы оказаться на собственном месте.

Папа заходит в дом, мама идет ему навстречу.

Сердце колет. Я в последнее время к Айдару вот так не выбегаю. Чувствую себя кругом предательницей. И этой семьи, и той…

Сама навстречу не тороплюсь.

Останавливаюсь в дверном проеме. Мы обмениваемся с папой кивками. Я всегда отвожу взгляд первой и довольно быстро. Мне кажется, он ждет, когда я попрошу его поговорить наедине. Но я не прошу. Муж сказал, что мы не вмешиваемся.

— Голодные? – Мама переводит взгляд с меня на папу и обратно. Подозреваю, мы вдвоем улыбаемся потому что это нужно маме. Поэтому же вдвоем киваем.

Баба уходит в кабинет сделать несколько звонков перед обедом, а мы с мамой в это время накрываем на стол.

Я почти переехала к родителям. Единственное, что еще не рискнула сделать, это остаться с ночевкой. Мама предлагает каждый день, а я не могу.

Мне важно хотя бы ночью чувствовать тепло Айдара рядом. Между нами всё немного не так. Мы на нервах. Я боюсь, что там сломается.

— Может мужу позвони? Пусть бы приехал. У них там плохой буфет, Бекир говорил всегда…

Вроде бы безобидное предложение мамы колет в самое сердце. Она стоит с блюдом зелени в руках и смотрит на меня.

А я не знаю, это от души или она просто хочет заманить Айдара в наш дом. Чувствую себя ужасной. Улыбаюсь и мотаю головой.