Книга Любовник змеи, страница 39 – Степан Сказин

Когда мы помыли руки — Акбала сказала:

— Надо бы приготовить обед. Пойдем, посмотрим: что у тебя в холодильнике.

Мы прошли на кухню.

За залитым жиром столом восседала — в нестиранном махровом халате — вонючая Авдотья. Резала сало, чеснок — и во все совиные глазищи таращилась на Акбалу.

— А че за девка-то?.. Нерусская?..

Акбала — по-прежнему игнорируя пьянчужку, как дохлую муху — открыла холодильник:

— Которая полка твоя, дорогой?..

— Да твой «дорогой» — кроме чипсов — ничего в холодильнике не держит, — ввернула свое «ценное» мнение Авдотья — и расхохоталась, как баба-яга.

Я нервно дернулся. А Акбала и бровью не повела.

У меня на полке — действительно — не было ничего, кроме выжатого тюбика майонеза и куска варено-копченой колбасы. (Зато полки соседей-алкоголиков ломились от вяленой рыбы, бекона, копченых свиных ребрышек и — конечно — от «пузырей» водки).

— Сходи-ка в магазин, милый, — сказала Акбала. — И тогда сварим суп.

— Ми-и-лый!.. — передразнила Авдотья.

Я грозно сверкнул глазами на алкоголичку. Я был близок к тому, чтобы схватить ее за шкирку и выкинуть с кухни — как нашкодившую суку.

Но Акбала мягко улыбнулась мне:

— Иди, иди, золотой. Купи мяса, лука, картошки, моркови — и чего-нибудь на десерт.

Не в силах сопротивляться нежной — как майское солнышко — Акбале, я потопал в супермаркет.

Мне совсем не хотелось оставлять любимую одну в квартире с грязными алкашами. Кидая в тележку товары — я строил тысячи предположений: не оскорбили ли Сидор и Авдотья Акбалу, не затеяли ли скандал?..

Но когда я вернулся с пакетом продуктов — Акбала преспокойно мыла кастрюлю в раковине; а Авдотья по-прежнему лопала чеснок и сало.

— Милый, ты пришел?.. — Акбала чмокнула меня в щеку.

Авдотья ожидаемо разразилась каркающим смехом.

Акбала проворно порезала лук, мясо, картошку, морковь — и поставила суп. Скоро суп был готов. Акбала разлила его по тарелкам.

Авдотья смотрела наглыми глазами. Ее сало, чеснок, разделочная доска занимали почти весь стол. Куда тут вписаться двум тарелкам супу?..

Меня снова начала бить нервная дрожь.

Но Акбала решила затруднение с восхитительной простотой. Она отодвинула Авдотьино «хозяйство» — и протерла тряпкой освободившуюся половину стола.

— Эй, какого?.. — возмутилась было — разве что не позеленела — Авдотья.

Но Акбала будто не слышала. Сказала мне:

— Приятного аппетита, дорогой.

Авдотья еще пыталась показать всем своим видом надутой лягушки, как обижена и рассержена. Но мы с Акбалой — игнорируя «праведный гнев» алкоголички — с удовольствием хлебали мясной наваристый суп.

Авдотья не выдержала. Бросив чеснок и сало — метая из мутных глаз молнии, громыхая ругательствами — выскочила из кухни и хлопнула дверью.

Мы поели. Акбала вымыла посуду. Мы переместились в комнату.

— Почитай мне, — попросила Акбала, посмотрев на полку с книгами. — Что-нибудь сказочно-фантастическое.

Я взял с полки «Сказание о Гильгамеше (ассиро-вавилонский эпос)». Мы удобно устроились с книжкой на кровати. Я начал читать. Под потолком моей заваленной барахлом комнаты зазвучал торжественный белый стих.

Я читал, а Акбала с волнением слушала об отважном царе Гильгамеше — у которого был верный друг косматый Энкиду. Вместе богатыри совершают много подвигов. Но потом — по воле жестоких богов — Энкиду умирает. «Его постигла судьба человека»!..