Книга Моя тюрчанка, страница 179 – Степан Сказин

Уж я бы давал съемщице на каждом шагу почувствовать, что она не у себя дома. После мучительной операции по удалению «опухоли»-совести – у меня бы это легко получалось. О, я бы ходил за съемщицей по пятам!.. Выключал бы за ней свет в коридоре: мол, нечего транжирить хозяйское электричество. Когда она стирала бы одежду в машинке, я бы с непроницаемым железным лицом напоминал, что воду тоже надо экономить: мы ведь платим за водоснабжение по счетчикам. И кстати: нельзя, нельзя загружать в машинку сразу много вещей. И порошок в машинку можно засыпать только дорогой, от проверенного производителя. А если, голубушка, ты испортишь технику – должна будешь заплатить за ремонт или приобрести нам новую стиралку. Когда бы съемщица – как-нибудь в выходной день – задумав устроить себе праздник, жарила бы овощи и куриные ножки, я бы подваливал на кухню и вонял бы, что, сковородка плюется кипящим маслом, и вся плита будет забрызгана; кому-то, мол, придется отмывать. Это притом, что мы с Ширин совсем не занимались бы уборкой. Мытье полов, полив цветка, поддержание порядка на кухне – все это мы постепенно, как бы ненароком, спихнули бы на худые плечи Золушки-съемщицы. Пока бедняжка чистит, скоблит и драит, мы гоняли бы кофе (от продвинутого бренда, а не такое «пойло», как сейчас) и смеялись бы, смеялись. Смеялись бы просто потому, что в биоценозе, называемом «постиндустриальная цивилизация» мы нашли свою экологическую нишу. Мегаполис – это джунгли из металла и бетона и из километров проводов. А чтобы выжить в джунглях, надо быть свирепым, как тигр, или вертлявым и подлым, как шакал.

…Я прижал пальцы к вискам, точно надеясь умерить гул, которым наполнилась моя голова. Фантазия на тему «что было бы, если б мы наплевали с высоты минарета на все моральные принципы и решили бы, что самое главное – быть крутыми, успешными и при деньгах» – вышла слишком яркой, и будто ослепила меня лучом прожектора. Мне захотелось заметаться, как и впрямь внезапно потерявший зрение человек.

Нет!.. Нет!.. Нет!..

Никогда мы с Ширин не станем такими, какими нарисовало нас мое воспалившееся воображение. Хорошо жить в покое и комфорте. Но плохо, когда здоровое стремление к бытовым удобствам перерождается в болезненную тягу к красивой жизни, к достойной фараонов роскоши, и когда деньги и то, что можно позволить себе за деньги, становятся для тебя главнейшей целью. Нет, нет!.. Нельзя из способных к естественному самоограничению людей превращаться в толстокожих аморальных свиней, которым все нипочем, лишь бы нажраться.

Моя милая ни за что не согласится делать червонцы на людских суевериях и страхах, на чьей-то средневековой убежденности в существовании призраков и домовых. Ведь когда мы только-только вышли из офиса «Нострадамуса» после длительной и какой-то сюрреалистической беседы с толстой Галиной Игоревной – моя девочка сразу сказала, что работать в этой морально нечистоплотной конторе не будет. Моя Ширин – не запятнанная грязью лжи душа, нежный ангел, который сам никого не обманет и который никогда не поймет, как идут на обман другие. Потому-то моя любимая и подступилась с осуждающими словами к курившим возле помойного контейнера хваленым сотрудницам «Нострадамуса» – к Сулеймановой и Натахе. У моей наивной гурии просто не укладывалось в голове, как эти две – приличные с виду – девицы могут ежедневно пудрить по телефону мозги десяткам людей (обращающихся в центр «колдунов» и «ясновидцев» от отчаяния и безнадеги) и при этом вполне наслаждаться жизнью.