Книга Псих. Первая кровь, страница 13 – Павел Барчук, Павел Ларин

— А что тогда делать? — Толик шмыгнул носом, — Послать Зубова?

Я скептически посмотрел на него.

— Ты спокойную жизнь совсем не любишь, да? Хочешь, чтобы он тебя все-таки грохнул? Посылатель, блин. Ищи магазин. Должен же в этом районе быть хоть какой-нибудь сраный магазин.

— Ща найдём, — уверенно сказал бывший сосед. — Это спальный район. Здесь по-любому должен быть продуктовый.

Мы двинули дальше по улице, свернули за угол. Хрен там. Первые этажи занимали салоны красоты, аптеки и пункты по выдаче товаров с маркетплейсов. Такое чувство, что в этом городе у людей всего три задачи: быть красивыми, не болеть и затариться каким-нибудь дерьмом, купленным через интернет.

— Идем дальше, — буркнул Толик, — здесь пусто.

Прошли ещё квартал. Снова заморосил дождь, что совсем не улучшило настроение. Гнус на ходу натянул капюшон, вздохнул тяжело. Наверное подумал, что мы могли бы сейчас сидеть в «Богатыре» и есть бургеры, а не вот это все. Правда, про Апогея он больше не трындел. Сообразил наконец, что меня эта тема нервирует.

Мы топали вдоль дороги, мимо проезжали машины, автобусы. Внезапно одна из тачек резко остановилась и с визгом шин сдала назад, прижалась к обочине. Я насторожился. Окна были тонированными, сразу не разберешь, кто сидит внутри.

Водительская дверь открылась, оттуда высунулся Зубов.

Мы с Толиком как два идиота замерли, уставившись на старшего воспитателя. Удивило два момента.

Во-первых, машина была другой, не той, что угнали с заправки ночью. Хотя это, наверное, как раз понятно. Разъезжать по городу на ворованной тачке — очень хреновая идея.

Во-вторых, откуда он тут взялся? Город я знаю неплохо, если цербер был в Инкубаторе, он должен возвращаться в промзону по другой дороге.

В третьих, Зубов выглядел так, будто несся на пожар, но в последний момент передумал и решил: да гори оно все огнем. Рожа у него была злая, в глазах отчетливо читалось желание убивать. Подозреваю, это желание имеет прямое отношение к нам.

Аура вокруг цербера клубилась плотной, чёрно-багровой массой. Ровной. Без всполохов. Такое я уже видел в лесу, когда Зубов чуть не пристрелил Гнуса с Люком.

«Сука, — коротко высказался Мозгоед. — Сейчас что-то будет. Похоже, он искал конкретно вас».

— Никонов, — рявкнул воспитатель. — Пакеты забрал, пошёл пешком до гаража. Дорогу помнишь?

— Иван Сергеевич, но мы… — начал было Толик.

— Пешком. До гаража. Дорогу помнишь?

«Скажи своему идиоту-соседу, чтобы он сейчас не спорил, — посоветовал телепат. — У мужика фляга свистит конкретно. Глянь на него. Глаза бешенные, кровью налились. Он прям совсем в нехорошем настроении».

— Помню. — Гнус уже и без моих подсказок сообразил — лучше делать, что говорят.

— Тогда иди, — повторил Зубов.

— Мы не купили еду ещё, — вмешался я. — В магазин зайти надо…

Зубов посмотрел на меня. Судя по злющей роже, желание убивать выросло у него раза в два.

— Ясен хрен, вам не до этого было, — произнёс он мрачно. — Вы же, сука, звёзды теперь. Какая, на хрен, жратва? Какие магазины? Не царское это дело.

Мы с Толиком растерянно переглянулись. Звезды? О чем он?

— Никонов, ты еще здесь? — Внимание Зубова снова переключилось на Гнуса.

Тот тяжело вздохнул, забрал пакет из моих рук и пошел в сторону промзоны.

— Рубин, сел, — велел цербер.