Книга Псих, страница 97 – Павел Барчук, Павел Ларин

В носу защипало. Провёл рукой, посмотрел на пальцы. Кровь.

«Пойдёт, — обронил Мозгоед. Голос у него стал тихий, спокойный. — Пойдёт, Псих. Ты сейчас впервые сработал как настоящий телепат. Запомни этот момент».

«Они живы?»

«Живы. Если это можно назвать жизнью».

Оглянулся назад. Там уже во всю коптили ватные матрасы. Воспитанники ломанулись в коридор, а оттуда на первый этаж. Старшаки, младшие, середнячки, все бежали сломя голову и орали. Зачем орали — не знаю. Наверное, это просто было какое-то коллективное безумие. До кучи начала визжать сирена пожарной сигнализации. Задумка Гнуса навести шороху удалась на сто процентов.

— Бегом вниз, в этой суматохе сможем уйти! — крикнул Толик и рванул из комнаты вслед за остальными.

Догнал его в несколько шагов, вцепился в плечо, резко развернул к себе.

— Ты не пойдешь со мной.

— Хрен ты угадал, — хмыкнул Гнус, сбрасывая мою руку. — Пойду. И уходим мы прямо сейчас. Что бы там с тобой ни произошло, но целый отряд особистов на одного пацана — это круто, Псих. А я точно знаю, что они пришли за тобой. Так что валим, бро. И очень быстро.

Гнус мчался по лестнице вниз, перескакивая через несколько ступеней сразу. Я двигался следом, но не так бодро. Чуть приотстал, чтобы быстренько переварить в голове всё происходящее. Согласен, момент не самый удачный, того и гляди в общежитие ворвутся инквизиторы, но ломиться бездумно вперед, как делает Гнус, — вообще срань полная. Тем более подумать реально есть над чем.

Во-первых, меня волновал сам Толик. Любопытная история выходит. Три года он был дурак дураком, а теперь вдруг начал разбираться в электронных замках и, самое главное, — смог их заблокировать. Подозрительная хрень.

Во-вторых, план Гнуса на данный момент был единственным, но от этого не стал лучше. Он вызывал у меня конкретные сомнения. Суматоха и правда поднялась знатная, однако большой вопрос, удастся ли проскользнуть под носом у инквизиторов. Толик принимает их за обычных безопасников, поэтому уверен, что всё выгорит. Я же был настроен не так оптимистично.

В-третьих, даже если выберемся из Инкубатора, что дальше? В первоначальной версии побега фигурировал Зубов. Он должен взять на себя решение всех бытовых проблем. Жрачка, место, где обосноваться, документы, хотя какая-то стратегия для дельнейшей жизни — это все должен был обеспечить старший воспитатель. До тошноты мерзко признавать данный факт, то этот мудак мне нужен. По крайней мере на первом этапе. Выбраться из интерната и голодать, прятаться в лесу, избегать встреч в людьми — такое себе перспектива.

Мимо меня пронеслись двое пацанов из старшей группы. Кубарем скатились по лестнице. Один из них зацепил Гнуса плечом, тот чуть не улетел носом вперёд. Еле успел прыгнуть вперед и поймать его за шиворот.

Спустились на первый этаж. Там творились настоящая вакханалия безумия и торжество человеческого психоза. Пацаны уже перестали понимать, зачем прибежали, кто их надоумил и что делать дальше. Они просто бестолково, на коллективном энтузиазме, упорно рвались наружу. Основная масса столпилась у больших окон холла. Воспитанники отпихивали друг друга локтями, лезли по головам, буквально. Старшие толкали младших, а младшие, понимая, что их сейчас затопчут, ухитрялись забраться на человеческую кучу-малу сверху и кувырком вывалиться через разбитое окно на улицу.