Онлайн книга «Псих»
|
Охренеть. Кабан боится пауков? Серьезно? «Возьми одного из насекомых». «Как, блин⁈ Это же нереальное всё». «Не беси меня! Бери! Что реально, а что нереально, решаешь только ты. Ты управляешь этим». Представил, как опускаюсь на колени, подставляю руку, мохнатые лапки неприятно щекочут кожу. «Кидай! Прямо мудиле в рожу!» Стараясь не заржать в голос из-за нелепости происходящего, мысленно швырнул всех пауков, которые успели залезть ко мне в ладонь, прямо в Кабана. Надеюсь, что это реально было мысленно, иначе со стороны я сейчас выгляжу как конченый дебил. Кабан уже находился рядом с моим столом. Его руки начали подниматься, чтобы кинуть поднос. Точь-в-точь как в тех картинках, которые мелькали передо мной пару секунд назад. Не успел. Одновременно с полетом выдуманных пауков из меня снова что-то вырвалось на свободу. И снова невидимое. Только не как со Штыком, тогда это было похоже на взрыв. Тут скорее движение напоминало резкий пинок, точечный удар. Кабан замер. Секунду он стоял с раскрытым ртом, глядя куда-то мимо меня. Потом завизжал высоким фальцетом. — А-А-А-А! Уберите! Уберите их! Отшатнулся, наткнулся на соседний стол, уронил-таки свой поднос на пол. Тарелка со звоном разбилась о доски, суп выплеснулся. Туда же полетел компот. — Уберите!! У меня на руке!! На плече!! А-А!! Кабан начал колотить себя ладонями по груди, по животу, по ляжкам. Крутился на месте и орал не своим голосом: — На шее! А-А! На шее их сколько! Глаза у придурка буквально вылезли на лоб. Без шуток. Казалось, еще мгновение и они просто лопнут. Все присутствующие замерли. Мгновение стояла полная тишина, а потом… Воздух взорвался криками и шумом. Пацаны за ближним столом вскочили на ноги, отбежали в сторону. Кабан метался как ненормальный и в любой момент мог завалиться прямо на них. Кто-то из младших завизжал. Одна из тёток на раздаче охнула, прижав половник к груди. Кто-то захохотал — нервно, идиотски. Кто-то громко заорал во весь голос: «Кабан манданулся! Аха-ха! У Кабана поехала крыша!» Дружок Бурого этого всего не слышал. Он метался между столами, обеими руками стряхивая с себя то, чего никто не видел. Потом начал рвать футболку, попытался вытащить ремень и снять штаны. — Уберите их!! А-А!! ПАУКИ!! Кабан крутанулся ещё раз, споткнулся о ножку стула, рухнул на четвереньки и быстро перебирая конечностями, пополз к выходу. Я повернулся к Бурому. Он смотрел на шоу, которое устроил его кореш, и вокруг Кима истерично дергалась дымка — багровое, желто-серое, чёрное. Ярость на Кабана. Страх. И, впервые, — растерянность. Бурый не понял, что случилось. Никто не понял. Даже сам Кабан не понял. Загрохотали двери, в столовую заскочили Церберы. Двое прибежали с улицы, еще двое выскочили из кухни. Кабан как раз дополз до дверей, но промахнулся мимо них. Он как землеройка, бился головой о стену, пытаясь выбраться на улицу, и орал. Я спокойно взял стакан с компотом, сделал глоток, а потом почувствовал что-то теплое под носом. Вытер пальцами, посмотрел. Кровь. «Не ссы, пацан, — довольно произнес Голос, — это с непривычки. Закончится процесс синхронизации, будешь щелкать этих дебилов как орешки». Я кивнул сам себе, поднял взгляд и внезапно понял кое-что. Среди всей этой кутерьмы и форменной дурки был один человек, который не бегал, не орал, не смеялся. Гнус сидел на расстоянии пяти столиков от меня и четко смотрел в мою сторону. Он видел, как я вытер кровь. |