Книга Тени у костра, страница 49 – Владимир Торин, Ирина Иванова, Екатерина Шабнова, и др.

Но никто, никто и никогда раньше не заявлял ей в лицо о том, что она не существует!

В морозильнике, к счастью, все еще осталось сделанное Ксафаном мороженое, и Наоми устроилась у камина с намерением прикончить целый контейнер.

Беда в том, что Грег, казалось, был везде.

В супермаркете, куда Наоми забежала за пачкой чипсов.

В парке, где она иногда любила посидеть и почитать книжку.

На мосту, куда она прикатила на велосипеде за порцией загадок.

И хуже того – он постоянно выглядел так, словно вот-вот извинится. Пристыженно опускал глаза. Паниковал. Но только продолжал напоминать Наоми о том, сколько всего в Эшвуде не имело всякого смысла.

Гаргульи. Тролли под мостом. Демоны. Садовые гномы. Статуи у парковки. Кассандра, которая предсказала ему простуду. И ведьмы, конечно.

Наоми жалела, что Кэсси не предсказала ему сломанный нос, – в таком случае она бы подсобила нитям судьбы.

Грег был повсюду, и это сводило Наоми с ума.

— Понятия не имею, чем он занимается, – пожимала плечами Айлин. – Я даже фамилии его не знаю. Может, в городской администрации…

Секретарша в администрации разводила руками.

— Не могу я разглашать такую информацию, мисс Наоми.

В глазах ее плескалась паника, и Наоми подозревала, что записей про Грега тоже никаких не было.

Появился из ниоткуда и пытается… пытается что? Довести Наоми до ручки?

— Однажды заявился ко мне в офис, – призналась Диди. – Извинился даже. А потом сразу же сообщил, что таких, как я, не бывает. Ну, а я что сделаю? Я работаю с кошмарами, нереальность – материя тонкая. Не рассеюсь же я по первому его слову.

Диди засмеялась. Наоми закусила губу.

Предчувствие шторма все еще плескалось внутри, и иногда к горлу Наоми подступала горечь, пепел и что-то подозрительно похожее на Древний язык. Она сглатывала слова и заставляла себя успокоиться. Грег не походил на бурю. Грег не походил даже на мель, он был просто раздражающей чайкой, которая кричала под ухом. И Наоми была твердо в этом уверена, пока не проснулась однажды утром и не осознала, что ей не снились кошмары.

Для кого-то другого это было бы поводом для радости. Но Наоми… Наоми признавала свои кошмары. Проживала и отпускала их. Они были ее платой за то, что она выбралась, за то, что оставила позади часть самой себя и навсегда отрезала себе путь для возвращения. В кошмарах этих Наоми представала перед Неблагим двором и переставала быть собой, потому что оказывалась подменышем. Чучелом из веток, мха и магии, которое возомнило себя человеком.

Она всегда просыпалась после них, чувствуя во рту привкус зелени, а потом залазила на крышу, чтобы поговорить с Глэдис, или седлала велосипед и отправлялась в западную часть городка, в полузаброшенную пекарню, где обосновался в последнее время Ксафан, – чтобы немного с ним помолчать.

Наоми лежала без сна и подсчитывала, как давно она не просыпалась от ощущения, что под кожей ее тянутся корни и распускаются листья.

Слишком долго. Слишком долго для того, чтобы оставаться спокойной.

Наоми отыскала на чердаке метлу, которую почти не трогала: до офиса Отдела кошмаров быстрее было добраться именно так. Та отказывалась взлетать. Ну, конечно. Именно в тот единственный день, когда Наоми понадобилось это дорогущее недоразумение.

Ей пришлось проехать через весь город на велосипеде.