Книга Загадочная история Аллана Уэйна, страница 120 – Рита Хоффман

— Хватит… – прошептал я, с трудом проглотив ком в горле.

— Пока в семействе Томеску не было никого подходящего на роль новой игрушки, Александр забавлялся с другими смертными.

— Хватит! – взмолился я, смаргивая злые слезы.

— Он всегда был неравнодушен к красоте и молодости. Годами Александр Томеску водил дружбу то с талантливыми музыкантами, то с полными жизни юными актрисами, а уж скольких художников он перебрал! Не в силах контролировать свою природу, он сводил их с ума, лишал воли, превращал жизнь в кошмар, а после исчезал. Едва первые морщины появлялись на лицах его фаворитов, князь Томеску обращался в туман и… Пф! – Оливет зло рассмеялась. – Признаю: с того момента, как старик Паскаль взял вампира под крыло, тот перестал изводить смертных. Насколько мне известно, Александр поклялся Паскалю, что оставил зло в прошлом и отныне будет надежным плечом для Общества Охотников. Но я знала, – голос Оливет превратился в шепот, – что, как только вампир увидит одухотворенное лицо юного священника, Чудовище внутри него снова проснется.

Не помню, чувствовал ли я себя когда-то более паршиво. Меня словно облили помоями, а затем бросили в Темзу.

Мерзость.

Мерзость.

Мерзость.

— Ты повлияла на то, чтобы меня отправили в Нейквилл, – тихо начал я, – ради того, чтобы добраться до Александра, верно?

— Я могла бы открыто выступить против Чудовищ, делающих вид, что они приносят пользу Обществу, но действовать следует осторожно: у многих тварей серьезные покровители. А ты… подвернулся под руку. – Оливет пожала плечами. – В тот момент я думала, что Охотника из тебя не выйдет, поэтому…

— …поэтому меня можно было пустить в расход, – закончил я. – Очень по-матерински.

— Долг важнее материнских чувств.

— Да, конечно.

Подумав, я решил уточнить:

— Так и какая же роль была отведена мне?

— Увлекаясь, Александр становится уязвимым. Не будь тебя, после ежегодной охоты на гулей он бы просто покинул Нейквилл, а найти такое хитрое существо ужасно сложно. Поймав тварь на крючок, мы смогли следить за ее передвижениями.

— Значит, приманка… А что насчет похищений Чудес в Лондоне? Очередная ложь?

— Нет, это правда, но информацию об этом передали Александру мои люди: нам нужно было заставить его примчаться сюда.

— Чтобы устроить засаду, – предположил я и не ошибся: Оливет сдержанно кивнула.

— Шоу с аукционом вышло потрясающее, – подал голос Оскар.

— Те Чудеса… Вы действительно продали их?

Перед моим внутренним взором все еще стоял нечеловеческий, полный боли взгляд, и, лишь увидев, как Оливет покачала головой, я сумел хоть немного успокоиться.

— Мы занимаемся не только охотой на твоего друга. – Ее тон стал отстраненным и деловым. – Коллекционеры все еще остаются приоритетной целью. И мы кое-кого схватили, если тебе интересно. А Чудеса… мы отпустим их.

Мог ли я ей верить? Мог ли надеяться на то, что древнее существо, запертое в тесной колбе, вновь обретет свободу? Я не знал.

— Выходит, в твою ловушку угодили и Коллекционеры, и вампир? – Я хмыкнул. – Изобретательно.

— Это одобрение?

— Едва ли.

Мы сверлили друг друга взглядами до тех пор, пока Оливет не заговорила снова:

— Я просто пытаюсь очистить мир от Чудовищ, Аллан.

Чего я никак не ожидал, так это того, что Оливет приблизится, присядет и положит руки на мои колени. Наши взгляды встретились, детские обиды подступили к глазам слезами.