Книга Загадочная история Аллана Уэйна, страница 117 – Рита Хоффман

Боже.

— Оскар?!

Я сидел на стуле в центре гостиной и вглядывался в полумрак, скрывавший лицо моего похитителя.

«Можно ли называть похитителем собственного брата?»

Едва я понял, что передо мной Оскар, сил сопротивляться не осталось. Ему не составило труда взвалить меня на плечо и утащить прочь из зала, превратившегося в ад.

Выбравшись из особняка, он дотащил меня до автомобиля, запихнул в салон, а сам уселся за руль. Мы не сказали друг другу ни слова ни в пути, ни на крыльце старого особняка, ни в темной гостиной. Оскар молча поставил стул в круг света и жестом велел мне сесть.

Я тряхнул головой, пытаясь прийти в себя.

— Вижу, ты удивлен, – наконец прервал затянувшееся молчание брат. Его лицо частично скрывала тень.

— Удивлен? – Я горько хмыкнул. – Ты объяснишь мне, что здесь происходит?

— Я объясню.

Из полумрака коридора в круг света вышла миниатюрная женщина. Ее утонченное лицо испещряли шрамы, а вьющиеся волосы были коротко острижены.

Каштановые кудри. Совсем как у нас с Оскаром.

Мне пришлось собрать в кулак всю волю, которой наградил меня Господь, чтобы не вскочить и не устроить сцену.

— Тебя не должно было там быть, Аллан.

— Ты даже не поздороваешься? – Ядовитые слова срывались с языка сами собой. – А как же «давно не виделись, сынок»?

Оливет Тиррелл, она же Оливет Сент-Мор, проигнорировала мой выпад.

— Я не ожидала, что ты так крепко сдружишься с кровососом, что кинешься под пули, защищая его, – буквально выплюнула она.

— Какое право ты имеешь ожидать от меня хоть чего-то? – огрызнулся я.

— Я твоя мать.

— Господи, хватит! – Я надсадно рассмеялся. – Ты мне не мать!

— Аллан, – предупреждающе бросил Оскар, продолжавший отсиживаться в тени.

— Вижу досадное влияние вампира. – Оливет окинула меня оценивающим взглядом.

— То есть твой побег повлиял на меня меньше, чем пара месяцев общения с ним? Не неси чушь! – Из моего рта летели слюни, но я не мог сдерживать их, так же как не мог усмирить разгорающееся в груди пламя ненависти. – Где ты была все это время?

— Выполняла свою работу.

— Отец…

— Твой отец решил, что имеет право выбирать судьбу для сыновей. Я же всегда знала, что в вас течет кровь Охотников, и не собиралась отсиживаться в загородном доме, ухаживая за садом и вышивая! Как и Оскар.

Брат наконец вышел из полумрака, и я вдруг понял, что он здорово раздался в плечах. Он все еще был по-юношески гибок и утончен, но каждая черта его лица превратилась в точную копию материнской.

— Как давно ты знаешь? – спросил я.

— Об Охотниках? С семи лет. – Оскар пожал плечами.

— С семи?!. Почему только я не знал об этом?! – Меня душила обида.

— Потому что ты пошел в отца, – бросила Оливет. – Мы с ним договорились о том, что я буду забирать Оскара для обучения, а он займется тобой. И, как я вижу, он не справился.

Она скривилась.

На меня словно вылили ушат ледяной воды. Я силился что-то сказать, но не мог: горло сдавило, воздуха не хватало, сердце колотилось в груди.

— Выходит, мать бросила только меня… – пробормотал я, разочарованно качая головой. – Что ж, неплохо вы все устроили. А я, идиот, согласился примкнуть к Охотникам только ради того, чтобы они не втягивали в это моего младшего брата.

— Старик Паскаль и его люди ничего не знали. – Оливет сложила руки на груди. – Отец Карелли не посвятил их во все тонкости дела по моей просьбе.