Книга Ловец Чудес, страница 82 – Рита Хоффман

— Это правда, отец, – вмешалась Элиза. – Арчи узнал об этом от меня.

Повисла неловкая пауза. Я бездумно ковырял рыбу, Теодор покраснел до корней волос, а дыхание его отца напоминало пыхтение загнанного коня.

— Прошу прощения, – нехотя сказал виконт. – Я… Мне не стоило говорить всего этого.

— Забудем, – ответил я.

Аппетит пропал окончательно. Сосущая пустота внутри превратилась в черную дыру, темная жажда усилилась многократно, но я все еще мог ее контролировать. Однако биение сердец семейства Барлоу медленно сводило меня с ума.

— Вы не голодны? – как бы между прочим спросил мистер Барлоу.

— К сожалению, – искренне ответил я.

Ужин закончился быстро: Элиза сослалась на дела, виконт последовал ее примеру и вскоре тоже удалился. Теодор упорно не смотрел на меня, делал вид, что полностью поглощен трапезой, но я слышал, как колотилось его сердце. Он волновался.

— Как ты себя чувствуешь? – спросил я.

— Намного лучше. – Он наконец оторвался от растерзанного куска рыбы и посмотрел на меня. К своему ужасу, я увидел надежду в его золотисто-зеленых глазах. – Прогуляемся?

Я кивнул, поднялся и помог ему выбраться из-за стола. Он навалился на меня и виновато сказал:

— Боль вернулась, прости.

— Я могу вынести тебя в сад.

— И окончательно уничтожить мою гордость? Думаю, я справлюсь.

Мы вышли из дома через заднюю дверь и остановились на крыльце. Теодор неловко спустился и поманил меня за собой. Мы прошли вглубь цветущего сада, за которым трепетно ухаживала леди Барлоу, и остановились у небольшого озера, скрытого ивами.

— Арчи, – Теодор повернулся ко мне и сжал трость с такой силой, что побелели пальцы, – что произошло вчера ночью?

Вот оно. Он пришел в себя и требует ответов, которых у меня нет.

— Давай просто забудем, – попросил я.

— Как ты можешь просить об этом? Мне намного лучше! Я смог встать с постели впервые за последнюю неделю. Твоя… Твоя кровь! Это было невероятно.

Я прищурился, пытаясь разглядеть в глазах друга насмешку, но увидел лишь одержимость, неуемную радость и облегчение.

— Я не могу исцелить тебя, Теодор. Все это неправильно.

— Арчи, я вырос в доме виконта. В библиотеке отца хранятся не только скучные записи математиков и политиков. Однажды я читал леденящие кровь истории о тех, кто бродит в ночи. – Его глаза блеснули, отражая лунный свет. – Ты стал одним из них, верно? Твои руки такие холодные, а глаза…

— Хватит.

— Арчи, прошу тебя, признайся! – Он схватил меня за руки. – Ты уже показал мне свою силу, есть ли смысл продолжать скрываться?!

— Я хотел облегчить твою боль! Отпусти меня…

— Нет, не отпущу!

Теодор подтянул меня к себе и попытался заглянуть в лицо, но я отвернулся, не желая видеть фанатичный блеск его глаз.

— Ты можешь помочь мне, – прошептал он. – Прошу тебя, Арчи.

— Ты сошел с ума?! – прошипел я и вырвал руки из его вспотевших пальцев. – Я проклят!

— И бессмертен! – парировал он. – Стоял ли ты на пороге смерти, Арчи?! Чувствовал ли, как силы покидают тебя, как твое сердце слабеет?! Разве я заслуживаю всего этого?

— Теодор…

— Заслуживаю?! – Он отвернулся и в сердцах пнул камень. Тот с легким всплеском упал в воду. – Твоя кровь помогла мне, но болезнь никуда не делась. Я чувствую ее всем существом. Она там, Арчи, в моих костях, пожирает их, стачивает, причиняет невыносимую боль. Я умру в агонии, одурманенный морфием. Мне всего двадцать четыре! Разве… Разве я не заслуживаю жизни? Разве я не был тебе верным другом, не был хорошим человеком?