Книга Ловец Чудес, страница 186 – Рита Хоффман

— Насколько давно?

— Очень.

— Сирены бессмертны? Так сложилось, что мне нужен спутник на тропе вечности.

Я попытался скрыть смущение смехом.

— Убить нас можно, но стареем мы очень медленно. Если сирена не хочет стареть, она может уйти в море и превратиться в морскую пену.

— Ты серьезно? – Я приподнялся на локте и посмотрел ей в глаза.

— Еще можно стать соляным столбом, – как ни в чем не бывало продолжила она.

— Удивительно.

— Однажды ты проснулся в могиле и все еще чему-то удивляешься? – Эхо улыбнулась. – Ты такой… человек.

— Еще один мой недостаток, – согласился я, усмехнувшись.

— Хорошо, что теперь ты один из нас.

— Будь я человеком, ты бы не обратила на меня внимания?

— Будь ты человеком, ты бы сошел с ума, увидев меня или брата без маски. Я не хочу быть с тем, кто околдован мной. Ты ведь знаешь, что сирены делают с людьми?

— Читал кое-что, – сказал я, припомнив книгу, взятую у Капитана.

— Люди для нас еда. Очарованные, они теряют волю, перестают быть собой.

— Эхо, – сказал я, – почему ты стала говорить в моем присутствии?

Она немного помолчала, а затем ответила:

— Потому что ты не знаешь, кто такие сирены, и не считаешь меня тенью брата.

— Никогда не считал, – подтвердил я. – Никто из Каравана не считает.

Она приподнялась на руках и села. Я сполз вниз, и моя голова оказалась у нее на животе.

— У каждого Чуда есть суть. Алая – целительница. Чиэса – лисица-оборотень. Эрис превращает людей в камень. Сирена должна петь.

— Думаю, я смогу прожить и без твоих песен, – уверенно заявил я.

— Наши братья и сестры так не думали.

— И что они… Что они сделали? – Я перевернулся и сел рядом с ней.

— Пытались убить меня. Трижды, – безразлично сказала она.

— И Хелай ничего не сделал?! – возмутился я.

— Он был тем, кто предложил избавиться от меня. Не будем об этом.

Я кивнул, едва сдерживаясь, чтобы не метнуться вниз и не вытрясти из Хелая оправдания столь бесчеловечного поступка.

— Ты убивала людей? – спросил я.

— Да, – спокойно ответила Эхо. – А ты?

— Только однажды, – признался я.

— Жалеешь об этом?

— Каждый день.

Эхо долго молчала, а затем произнесла:

— Наверное, тебе тяжелее, чем нам. Мы рождены, зная, что люди – наши враги и годятся только в пищу. Но теперь ты Чудовище, Дамьян. – Она взяла меня за руку. – Лев не может изменить свою природу и есть траву вместо мяса.

— Но мы можем жить в мире.

— Можем. И мы пытаемся. Однако люди продолжают охотиться на нас.

— Но не все, – заметил я.

— Только потому, что большая их часть не верит в наше существование. Моя долгая жизнь научила меня тому, что люди всегда стремятся уничтожить тех, кто не похож на них.

— Это слова Хелая. – Я вздохнул.

— Иногда мой брат бывает прав.

Я лежал с ней до тех пор, пока она не уснула, затем выскользнул из комнаты и ушел к себе. В доме стояла абсолютная тишина: все Чудеса разошлись и давно уснули.

В тайной комнате я подтащил кресло к окну, взял первую попавшуюся книгу и впервые в жизни с удовольствием читал до самого рассвета. Мне попался сборник страшных историй Ирвинга. Перед тем как отправиться спать, я пообещал себе, что обязательно прочитаю роман Шелли, подаренный мне Теодором.

Казалось, Чудеса не смогут привыкнуть к жизни на одном месте, но я ошибся: через несколько дней после переезда они принялись приводить в порядок сараи и сад. Ивонн с братьями занялись восстановлением хлева, а еще через несколько дней Хаджи пригнал из города двух коз, свиноматку с выводком поросят и десяток кур. Алая собрала всех в холле и объявила, что каждый день будет пересчитывать животных и, если кто-то пропадет, месть ее будет страшна.