Книга Моровое поветрие, страница 97 – Рита Хоффман

— Раньше в наших жилищах прямо в полу разводили костры, – тихо пояснила Даная. – А в крышах были дыры, сквозь которые выходил дым.

— И сквозь которые небо на нас глядело, – добавила Ныгмет. – Соскучилась я по небу.

— Она верит, что… – начала было Даная, но шаманка перебила ее:

— Не время чужакам объяснять, во что я верю. Сказала она, что мор в вашем городе. Как выглядят умершие?

— Обычно, – растерянно сказал Владлен. – Ничем они от обычных покойников не отличаются. Говорят, что больными люди не выглядят, но падают замертво прямо на улицах.

— Дурное что-то творится, – пробормотала шаманка. – Могу вам символы наших богов на кожу нанести, но не знаю, есть ли власть у них на вашей земле.

— Тогда нанеси наш оберег, – нашелся Владлен. – Его и на одежде вышивают, и из металла делают, думаю, и на кожу нанести можно.

— Покажи, – потребовала шаманка, протягивая ему уголек.

Не растерялся Владлен, начал вычерчивать узор на полу, а когда закончил, осмотрел творение рук своих и удовлетворенно кивнул.

— Одолень-трава. От хвори защитит, от несчастий, от силы темной.

— Занятные у вас обереги, – хмыкнула Ныгмет. – Даная, принеси мою коробочку.

Лука заерзал. Не знал он, что именно собиралась делать шаманка. Если собиралась нарисовать одолень-траву, то почему Владлен сам не мог то же самое сделать?

Даная поднесла Ныгмет черную блестящую коробочку. Та открыла ее, достала какую-то палочку, ступку и небольшой камешек.

— Что происходит? – тихо спросил Владлен, внимательно наблюдая за действиями шаманки.

— Сейчас она разотрет бурый камень в пыль, – так же тихо ответила Даная, – смешает ее с водой, а затем иглой загонит краску вам под кожу.

Глаза Владлена округлились от ужаса. Лука же лишь нахмурился и спросил:

— И у тебя защитные символы есть?

— Есть, – ответила Даная. – Гляди.

Она расшнуровала ворот рубахи и приспустила ее с плеча. На смуглой коже красовался неизвестный Луке символ. Он осторожно провел по нему пальцем и хмыкнул.

— У нас такое тоже делают, – подал голос Владлен, – но я никогда не спрашивал, как это происходит.

— Вот и узнаешь. – Даная улыбнулась. – Это больно, но стерпеть можно.

Ныгмет тем временем закончила разбавлять пыль камня с водой и указала на Владлена:

— Раздевайся и садись ближе.

Тот послушно снял рубаху и без страха пересел поближе к шаманке. Та провела узловатыми пальцами по его груди, задержалась над сердцем, кивнула собственным мыслям и обмакнула палочку в смеси камня и воды.

— Это кость волчья, – тихо сказала Даная, – а на конце ее игла. Сейчас…

— Ай! – воскликнул Владлен, когда игла коснулась его кожи. – Словно оса ужалила!

— У моего сына вся спина покрыта защитными знаками, он ни разу не пискнул, пока я их наносила, – фыркнула Ныгмет.

Владлен стиснул зубы и кивнул. Шаманка вернулась к работе.

— Кто ее сын? – шепотом спросил Лука.

— Вожак, – ответила Даная.

— Выходит, ты из его семьи?

— Многие из нас смешали кровь. Потому так важно, чтобы в стаю новые волки приходили, – пояснила Даная, виновато глядя на Луку из-под густых ресниц. – Мы давно покинули родную землю, скоро вся стая кровью породнится, а от таких союзов уроды рождаются.

— Вот почему Нариман так охотно позволил мне с вами остаться? – Лука покачал головой.

— Не злись на него, он ведь ради стаи старается. Если не захочешь остаться, хотя бы раздели ложе с кем-то из свободных волчиц.