Книга Двенадцать дней Коляды, страница 92 – Рита Хоффман

Медленно выпрямилось существо, рыкнуло, втянуло носом воздух. Морду к небу подняло, завыло – от звука этого кровь у Владлена в жилах в лед превратилась.

И тут тварь к нему повернулась.

— Нет, нет! – Он вскочил на ноги. – Чур меня!

Из леса другие звери откликнулись – вой поднялся такой, что уши заложило. Не одна она! Сказала же, что семью ждет, а он, дурак, за шутку все принял!

Теперь шутить с ним точно никто не будет – тварь вскочила и бросилась на него. Чудом не заорав, Владлен со всех ног прочь бросился, сердце колотилось так, что он ничего не слышал, кроме шума собственной крови.

— Отец наш Небесный, дай мне сил, дай мне воли, пусть рука моя…

Так несся, что верхового не заметил, – чуть под копыта не бросило, всадник чудом успел в сторону коня увести.

— Руку! – рявкнул незнакомец.

Владлен разглядел светлый плащ, схватился за предплечье мужчины и на лошадь запрыгнул.

— Серебро есть? – громко спросил всадник.

— Только золота мешок! – откликнулся Владлен.

— Золото можешь засунуть себе… Сучье племя!

Владлен огляделся и увидел, что по обе стороны от них волки бегут. Штук восемь, не меньше, от тел горячих пар валит, будто не кровь в их жилах, а металл раскаленный. Рычат, тявкают, переговариваются.

— Не оторвемся! – Он вцепился в спасителя изо всех сил, от страха тряслись поджилки. – Они нас…

— Держись!

Владлен хотел сказать, что кости ему переломает, если сожмет сильнее, но в то же мгновение понял, что под лошадью нет больше земли – обрыв, черная пустота. Он спрятал лицо в складках светлого плаща, зажмурился.

«Господь милосердный, спаси наши души. Если суждено мне умереть сегодня, пусть…»

Лошадь тяжело приземлилась, едва не упала, но сумела устоять на ногах. Всадник пришпорил ее и пустил легкой рысью.

Владлен приоткрыл сначала один глаз, затем второй, обернулся и увидел, что стая осталась на другой стороне, за обрывом. Много волков, точно не меньше десятка. Завыла волчица серая, глаза ее горели в темноте, будто звезды.

— Дышать нечем.

— Ч-чего?

— Руки разожми, дурак. – Всадник бросил на него раздраженный взгляд через плечо. – Как ты там оказался в такую ночь?

— Заблудился.

— Врать решил? С каких пор Мрачные на местности не ориентируются?

— А с каких пор Светозарные за стены Ясностана выходят?

— В Коляду и не такие чудеса случаются.

Он что, хмыкнул?

— Никогда таких перевертышей не видал. – Владлен выпрямился и отцепился от плаща незнакомца.

— Не перевертыши это. Совсем ничему тебя старшие не научили.

— Так ты научи, я не против.

Всадник смерил его взглядом и проворчал:

— Остановиться нужно, дать лошади отдохнуть. А там решим, куда дальше отправимся.

— Мне к отцу вернуться нужно. Отвезешь? Предупредить его надо, твари эти и до него добраться могут.

Владлен подумал об этом и похолодел – а ведь и правда могут! Но собрат по несчастью молчал, верно, думал.

— Скажи, что делал у реки, и я помогу тебе, – наконец произнес он.

— Мост сжечь хотел, – нехотя признался Владлен.

— Калинов мост? Сжечь? – уточнил Светозарный.

— Да я знать не знаю, ка… Какой-какой мост?

Что-то заворочалось в памяти, какая-то мысль, но он никак не мог точно вспомнить, от кого слышал об этом месте. Калинов мост… Калинов мост…

— Слезай, пусть лошадь передохнет.

Владлен спрыгнул на землю, ноги дрожали то ли от страха пережитого, то ли от холода. Спаситель покопался в седельной сумке, достал из нее плащ и протянул ему. Половину его лица закрывала маска, к капюшону притороченная. Но глаза юные совсем, будто бы незнакомец немногим старше самого Владлена.