Книга Зови меня Волком, страница 133 – Лина Славянова

Наконец, охотники наигрались в самого меткого, и слуги опрокинули на стрельбище с десяток бочек воды. Вмиг утоптанная трава превратилась в грязную лужу, и на поле снова вышли скоморохи. На этот раз они стреляли огненными стрелами, да подкидывали вверх головешки с факелами. Волк нахмурился и снял с плеча лук.

— Что опять? – спросил Ольгик.

— Знавал я один такой праздник, где с огнём игрались.

Скоморохи стекались к стрельбищу и горящим мишеням, сменяя группу за группой. Вот уже выкатили огромные смолёные ободья от колёс. Пятеро крепких скоморей стали подкидывать их на железных кочергах. Вокруг просторной поляны, наигрывая «Лихую», собирались музыканты. Один скоморох схватил головешку и поджёг обод. Толпа восторженно шумела и улюлюкала. Силачи стали перекидывать и катать огромные огненные кольца по земле, а ловкачи скакать через них.

Волк сосредоточенно высматривал старых приятелей и не прогадал: среди пританцовывающих музыкантов показалась знакомая фигура Косого. Четверо артистов взялись на луки. Мальчонка в костюме медведя с бубенцами раздал смолёные стрелы и стал подкидывать мешки с соломой. Одна за другой вспыхивали стрелы, и в воздухе пронзали соломенные цели. Народ восторженно галдел, расступаясь всё дальше и дальше. Косой закинул за спину гусли и вышел к стрельцам, он нарочито неуклюже ухватил лук и заложил стрелу. Паренёк поджёг её. Косой качнулся, и, подогнув ноги, повернулся в сторону Волка.

Волк был быстрее. Острая стрела сорвалась с его лука. Соломенный мешок сбил Косого с ног, и тот повалился в лужу, огромная красная фигура Инга за шиворот поволокла его по грязи в толпу.

— Мать! – прошипел Волк.

— Ты что? – взвился Ольгик, – юродивый оступился, а ты его сразу прибить хотел?

— Он направил лук в сторону князя.

— Ну, до князя там далече было.

— В самый раз, – пробурчал Волк.

Он видел, что Косой не оступился. Ольгик прав, до князя было далековато, Косой целил в Волка.

Любослав кивнул Ярошу, чтоб разобрался. Выступление огненных скоморохов быстро свернули, и на смену вышли босоногие девки. Вымазав юбки почти до колен, они бесстыдно скакали, вытанцовывая «Лихую».

К Волку подошёл Микол:

— Пошли. Воевода просит.

За княжеским навесом, в окружении десятка гратских дружинников стоял Ярош. Подле воеводы – Инг с рубахой Косого в руках.

— Твою ж мать, – прошипел Волк.

Вид у Яроша был свирепый:

— Что значит, ушёл? Ты дружинник али пень? Как от тебя калека сбежал?

— Влаксан, – не сводя глаз с Инга, подозвал Ярош, – скажи теперь ты: почему ты выстрелил в гусляра?

— Он был неосторожен с луком и направил его в сторону княжеского стола.

— А если он просто оступился?

— Это неправильный вопрос, – дерзко заявил Волк. – Что, если он, оступившись, выпустил бы горящую стрелу?

— Ты мог убить человека, – прорычал Инг.

— Да, – согласился Волк, – в том и суть.

— Прямо на празднике? – гневно прорычал Инг.

Волк сжал кулаки. Руки так и чесались ввалить Ингу, но этот бой обречён. Приятель вдвое крепче и сильнее, да и за драку на празднике можно плетей отхватить. Волк огрызнулся:

— Хочешь сказать, если бы князя на празднике поджарили – это сколько угодно?

— Духи! – вскипел воевода, – Вы, как дети малые! А этого, – Ярош указал на Инга, – уведите с праздника, чтоб глаза мои его не видели. Заприте в темнице, сейчас не до него. После праздника Белорад сам решит, что со своим делать. Волк – хвалю, – сдержанно бросил Ярош, и, откинув покрывало, скрылся под навесом.