Книга Двор призрачных сердец, страница 190 – Элис Нокс

Серебряные глаза, светящиеся в темноте, скользнули по мне — медленно, оценивающе, от растрепанных волос до босых ног, задерживаясь на тонкой пижаме, сквозь которую проступали очертания тела.

— Так быстро, красавица? — голос прозвучал мягко, с той ленивой насмешкой, что взрывала ярость. — А я ведь даже ещё не начал.

Я сжала кулаки, злость вспыхнула ярче, заглушая стыд, что пыталась пробиться на поверхность.

— Заткнись, — процедила я сквозь стиснутые зубы. — Просто... заткнись. Ты хотел этого и вот я здесь. Трахнемся и покончим с этим.

Он медленно, грациозно приподнялся на локте, и усмешка стала шире и острее.

Мышцы живота напряглись при движении, рельеф стал ещё более чётким, и я прокляла себя за то, что взгляд скользнул вниз, задержался на секунду на линии, что вела от груди к животу, к поясу штанов.

— Трахнемся и покончим с этим, — повторил он мои слова, качая головой, и в голосе прозвучала издёвка, завёрнутая в бархат. — Боги, как романтично.

Встал с кровати — одним плавным движением, без усилия, — и я задохнулась, не в силах оторвать взгляда.

Боги.

Он был... совершенен. В той опасной, хищной манере, что заставляла сердце биться быстрее, дыхание сбиваться.

Высокий, жилистый, каждая мышца под кожей двигалась плавно, координированно, как у бойца, что знает своё тело до последней клетки.

Он прошёл мимо меня — так близко, что я почувствовала тепло его тела, запах, что ударил в голову и одурманил.

Корица и дым костров. Что-то ещё — мускус, пряность, что была его, уникальной, незабываемой.

Я прикрыла глаза на мгновение, вдохнула глубоко, не в силах остановиться, и проклятая влажность между ног усилилась, пульсировала в такт сердцу.

Нет! Соберись!

Он подошёл к небольшому столику, налил себе виски.

Мышцы спины перекатывались под кожей при каждом движении. Лопатки, плечи, линия позвоночника — всё было чётко, красиво, опасно.

— Хочешь? — предложил он, не оборачиваясь, и голос был ровным, почти безразличным.

— Нет, — выдавила я, и голос вышел хрипче, чем хотела. — Я пришла не за этим.

— Знаю, — он глотнул, поставил стакан на столик с тихим звоном стекла о дерево. — Пришла трахнуться, ты же сказала.

Обернулся, оперся о край стола, скрестив руки на груди.

— Только вот в чём дело, красавица, — голос был ровным, почти безразличным, но в серебряных глазах плясало что-то острое, что заставило меня замереть, — я не хочу с тобой трахаться.

Слова ударили как пощёчина, выбив из лёгких воздух.

— Что?

— Ты слышала. Не хочу. Не так. Не из злости, не из желания «покончить».

Сделал ещё один глоток, не отрывая взгляда.

— Видишь ли, у меня есть стандарты, — продолжил он, и усмешка вернулась, но теперь в ней читалось что-то холодное. — Низкие, согласен. Но они есть. И один из них — не спать с женщинами, которые воспринимают это как обязанность.

— Это не... — начала я, но он перебил, подняв руку.

— Обязанность? — переспросил он, наклоняя голову, и волосы упали на лоб, скрыв один глаз. — Тогда что? Месть? Способ вернуть контроль? Доказать себе, что это ничего не значит?

Поставил стакан, оттолкнулся от стола и подошёл ближе — медленно, каждый шаг отмерен, рассчитан.

— Аделин, я фейри, — сказал он, останавливаясь в шаге от меня, и голос стал тише, интимнее. — Мне триста лет. Я спал с сотнями, может, тысячами. И знаешь, что я понял за все эти годы?