Книга Деревенская знахарка. Второй шанс Анны, страница 96 – Мария Лунёва

Наспех обувшись, я снова схватила ведра и дернула дверь.

— Анна, подожди, — крикнул Эрл. — Постой, я не хотел причинять тебе боль.

Но я его не слушала.

Взяв сани, понеслась со двора.

Только пройдя несколько дворов, немного успокоилась. Этот разговор всколыхнул волну горечи в моей груди. Не хотела я думать о Лёне. Совершенно. Забыть бы его, похоронить в прошлом, тяжелым надгробием придавить, забором кованым обнести. А дети... Я биологическая мать Миланы с Яриком.

Я их мать. И другой правды мне не нужно было.

И как любая нормальная мама я хотела сберечь их. Чтобы здоровые да довольные. Придет время, и наберется Ярик силы. Всему научится. И если маму любит, так и к жене будет с уважением.

А Милана... Я невольно покосилась в сторону родника. Там стояли молодки. Не скажу, что юбки да кафтаны на них новые были. Нет. Но нарядные. И цвета хорошие, и узоры яркие. Воротники из меха.

А моя девочка словно оборванка.

Не замечает она этого? Да как бы не так. Я хорошо себя помнила в ее нежном возрасте, когда начинаешь ощущать себя девочкой. И хочется нарядов, и причесок, и губы маминой помадой подкрасить.

Выдохнув, я дошла до конца деревни, бросила взгляд на дом своей матери с частично срубленным забором, пустыми глазницами окон и тяжело вздохнула. Мысль его отремонтировать не оставляла.

Может, просто хотелось иметь что-то свое, а может, до конца не доверяла Эрлу.

Появится «Светочка» какая-нибудь, и непонятно как запоет.

Нет, сердцем понимала, что он совершенно не такой, как Лёня, но разум твердил, что береженого боги берегут.

Добравшись до родника, тихо встала в цепочку женщин, ждущих свою очередь зачерпнуть воды. Ни на кого при этом не смотрела.

И уж тем более помощи не ждала, поэтому, когда стоящая на деревянном мостке девушка протянула руку, чтобы взять мое ведро, я растерялась.

— Да я сама, — пробормотала. — Тяжелое ведь.

Она улыбнулась и дернула ведерко, после, зачерпнув воды, вернулась за вторым. А я стояла в молчании и не понимала, с чего вдруг дружелюбие такое.

— Чего ты на сноху мою поглядываешь так? — услышав позади знакомый голос, обернулась.

— Агафья. — Улыбнулась. — Сын как? Лучше стало?

— Да, дрова с утра нарубил уже. Говорит, рука как новенькая. А это, — она кивнула на девушку, — жена его молодая. Хочется ей спасибо тебе сказать.

— Да главное, что на пользу. Эрл тоже сидит спокойно. Хоть, правда, не ходит, но уже обещается.

— А кузнец наш и пацаном непоседливым был. Как переполох какой, так он в самой гуще событий. — Агафья отмахнулась. — Поди и сейчас без дела не сидит.

— Нет, подставочки из рогоза плетет. Красивые очень.

Женщины заулыбались. Я приглядывалась к ним, ища подвох, но не находила.

— Держи. — Девушка вернула мне второе ведро.

— Спасибо.

Отблагодарив, я оттащила его к саням.

— Знахарка, а может, у тебя еще что есть? — догнал меня вопрос Агафьи. — Травы-то каждая из нас знает, но только те, что в воду для вкуса бросить можно. А я слышала, дочь твоя чаи какие-то особенные собирает. Томека к вам заходила, говорит, угощалась. Хвалит очень. Заверила, что и вкусный, и насыщенный. Может, поделишься?

Я остановилась. Подумав немного, махнула рукой.

— Да это к Милане моей. Она учится их собирать. Не скажу, что запасов много, но на пробу — чего не угостить, — замолчав, заметила, что на меня смотрят заинтересовано все. А раз такое внимание, то чего бы не прорекламировать, как говорится, товар: — Разные сборы есть — для общего здоровья, для женского, от болей в голове, для сна крепкого. Можем собрать, чтобы живот не тревожил, аппетит лучше был. Для младенчика можно, чтобы газики не собирались...