Книга Любовь и ненависть в Ровердорме, страница 52 – Оксана Гринберга

Оказалось, тетя пришла сообщить, что этим вечером ни меня, ни сестру на приеме в «Поющей Иве» никто не ждет. Азалия Уилсон запрещала нам выходить из комнат тети Прим и своим убогим видом, а также сомнительным поведением позорить ее перед гостями.

— Как скажете, тетя Азалия! – равнодушно отозвалась я.

Мне нисколько не было жаль того, что меня не будет на сегодняшнем приеме. Лиззи, уверена, тоже не станет грустить, да и тете Прим сейчас было не до развлечений.

Оказалось, на этом разговор еще не завершен. Азалия Уилсон не собиралась обходить стороной тему «ужасного» поведения моей сестры, поэтому принесла с собой книгу по этикету, отыскав ее в библиотеке на втором этаже.

Тетя потребовала, чтобы уже этим вечером моя сестра прочла первую главу, после чего переписала ее слово в слово на бумагу. В книге текст занимал пять печатных страниц, так что у Лиззи в ее школьной тетради должно было выйти значительно больше десяти.

К тому же Азалия Уилсон собиралась проследить за тем, как сестра станет исполнять ее приказ, – пообещала явиться к нам с проверкой.

Это было еще не все – она надеялась, что Примуле Уилсон хватит ума не показываться на людях, оставшись вечером у себя. Если же тетя осмелится выйти к гостям и испортить вечер разговорами о своих духах, затеет идиотское гадание или начнет пугать приглашенных магией исконного народа, то вопрос о богадельне встанет остро как никогда.

— Я передам ваши слова тете и моей сестре, – вот что я сказала Азалии Уилсон.

Та смерила меня непроницаемым взглядом, и я поняла, что пришла и моя очередь. Интересно, какое наказание придумала она для меня?

Оказалось, на уме у тети было совсем другое.

— И вот еще, – заявила она, – к вечеру мне нужны музыканты. Реши эту проблему, будь добра!

Это был приказ, не имевший к доброте никакого отношения, и я не знала, как его исполнить.

— Но сегодня день рождения дочери лорда Коюмора, – отозвалась я. – Девочке исполняется пять лет, и ее отец давно уже ангажировал ровердормский оркестр. Музыканты, которые играют в мэрии по праздникам, приглашены на помолвку к Рону Дьюксону и Аннике Эрн.

Это были арендаторы лорда Миллера, и я неплохо знала обе семьи. Они звали на праздник и меня, но мне пришлось отказаться из-за приезда родни. Вместо этого я отправила им письмо с поздравлениями и цветы из оранжереи.

— Мне все равно, – заявила Азалия Уилсон, – где именно и каких музыкантов ты отыщешь, но чтобы к вечеру они были здесь! Отправляйся немедленно и без них домой не возвращайся.

На это я пожала плечами – ну что же, раз тете Азалии было все равно, какие музыканты станут развлекать ее гостей, тогда у меня были одни на примете. Кажется, свободные, потому что в округе ни у кого не было повода их приглашать.

— Как скажете, тетя! – отозвалась я, пряча улыбку.

Поклонилась, после чего вернулась к себе, решив переодеться в дорожное платье. Лиззи в комнате не оказалось, поэтому я оставила книгу на ее столике с запиской о том, что ей предстояло сделать этим вечером. Предложила начать исполнять тетино указание уже сейчас, не откладывая в долгий ящик.

Сама же в который раз отправилась проведать Примулу Уилсон. Уселась на край кровати, посмотрев на спящую тетю и на поднос с нетронутым завтраком.

Тут тетушка открыла глаза. Поморгала и попыталась мне улыбнуться, и я решила, что не стану мучать ее расспросами о духах и собственном попадании в этот мир. Вместо этого я принесла ей с кухни горячего чаю и новую тарелку с овсяной кашей, попытавшись уговорить тетю позавтракать.