Книга Чужой мир - мои правила. Дилогия, страница 42 – Оксана Гринберга

Бэк тем временем подошел к очагу и наливал в тарелку суп. Наглость - второе счастье!

— Послушай, - обратилась я к нему. - Мне штаны нужны… Где бы их достать?

— Мои сгодятся? - ухмыльнулся он. - Только тебе придется самой их снять, дорогая…

Я кинула в него яблоком, но он увернулся. На редкость неудачное утро!

— А зачем тебе штаны? - спросил он, присаживаясь со своей тарелкой за стол, подальше от меня. Боится, и это правильно!

— Бегать буду.

— И куда ты уже собралась? - удивился он.

— Не куда, а где!.. Вообще, мне все равно. Например, вокруг этого квартала.

— Зачем? - не унимался Бэк.

Я пожала плечами. После того, как умерла моя бабушка, я постоянно бегала, словно жила под девизом: ‘Меньше думать, выше скорость!’ Настолько привыкла к нагрузками, что без них чувствовала тупую, ноющую боль в мышцах.

— Я не могу по другому, - не рассказывать же ему о ежедневных подвигах в тренажерном зале. - Бегаю каждый день после смерти моей бабушки…

— Значит, это гейс у тебя такой, - согласился Бэк. Заметил мой недоуменный взгляд и пояснил со вздохом: - Запрет или обязательство, что берет на себя человек. Его нельзя нарушать, а то умрешь на Самхайн! У меня нет гейсов, но вот мой средний брат.. Он служит в гарнизоне, - пояснил Бэк, - у него несколько. Например, не давать женщине дотрагиваться до своего оружия…

Я вздохнула. Ну что за мир такой!

— Не пускать в свое жилище одиноких путников после захода солнца, - продолжал Бэк. - Ну и еще несколько, но я думаю, ты в меня еще чем-нибудь кинешь, если расскажу! - он усмехнулся.

— Тогда не рассказывай, - равнодушно согласилась я. - Главное, штаны достань. Я потом тебе деньги отдам, - угу, когда придумаю, как их заработать.

На следующий день Бэк притащил откуда-то жутко грязные штаны и рубаху. Я выстирала их в корыте, затем, надев еще влажные, подпоясалась веревкой. У меня не было заколок, бегать с косами я не привыкла. Поэтому, завязав волосы, подняла их наверх и заколола двумя деревянными палочками на манер японской гейши.

С того дня я бегала ранним утром и поздним вечером, обычно недалеко от холма, где мы так неудачно поговорили с Бэком. Два-три раза огибала Квартал Нищих, на том же холме отрабатывала удары, затем, скинув одежду, в одной сорочке, шумно бросалась в реку. Дни я проводила с Мерой, выучила все буквы и довольно скоро стала складывать их в слова. А еще мы вышивали. И опять вышивали… И снова вышивали!

Наверное, у меня сносно получалось, потому что однажды вечером к нам зашла Фелиса и принесла корзину с материей и образцами. Красную ткань следовало расшить золотыми нитями по краю. Также женщина высыпала на стол несколько фартингов и халфингов. Мои первые заработанные деньги! Я была готова прыгать от радости, но Нисса сказала, что этого мало. Они немного поторговались, и мать Меры добавила еще несколько монет. Оказалось, женщина, рассчитывая на мою помощь, взяла довольно крупный заказ, так что ближайшие две-три недели я была полностью ангажирована. Ура! Угроза занять место на ступенях Храма рядом с Ниссой отодвигалась на неопределенное время! К тому же, Бэк время от времени ставил нас в известность, что меня все еще ищут, правда, не так рьяно, как прежде. Новости он узнавал от своего брата, с которым изредка встречался в таверне. После таких встреч от него сильно пахло алкоголем, а шутки становились совершенно невыносимыми!