Книга Газолин, страница 81 – Виктория Голубева

По пути я отсылаю все сделанные фотографии Энн. Возвращаюсь как раз вовремя: операторы уже готовы снимать рестарт.

На трассу выезжает машина безопасности, проверяя готово ли покрытие к заезду. Похоже, результаты ее проверки устраивают дирекцию гонки, потому как один за другим на прогревочный круг выходят болиды.

Я включаю трансляцию и наблюдаю, как машины проносятся перед камерой с разных ракурсов. Экран ноутбука разделен на четыре части: три видео с наших камер и одно с официальной трансляции гонки. Надеваю наушники:

— Заканчивается прогревочный круг. Все болиды его преодолевают – даже «Меркурий», – слышу бодрый голос первого комментатора. Следом раздается смех.

— Хантер Кросс единственный выехал на сликах. Чудо, что он проехал этот круг. Хотя кто знает, чем это может закончиться, – задумчиво тянет второй комментатор. У него интересный акцент: букву «р» в имени Хантера тянет так, будто рычит.

— Разбитой машиной или победой. Похоже, он поставил все на красное. Или на темно-синее, – намекает комментатор на фирменный цвет «Меркурия».

Я прижимаю к губам костяшку указательного пальца. Он доедет. Не волнуйся за него. Только вот сердце колотится так, будто готово выскочить из груди.

— И вот первый разворот, – восклицает комментатор, и у меня внутри все сжимается. – Итан Рей не удерживает машину в пятом повороте и вылетает на гравий. Передним крылом он едва не задевает Кросса.

Я вжимаю костяшку в губы еще сильнее.

— Вот это реакция! – орет ведущий так, что у меня звенит в ушах. – Кросс выруливает! Еле отлавливает машину после маневра, но остается на трассе.

Господи, я так поседею раньше времени. Опускаю руку и тянусь к термокружке с какао. Делаю пару глотков, не чувствуя вкуса, затем фокусируюсь на том, что снимают наши операторы.

Но меня снова отвлекают крики комментаторов:

— Дождевая резина не работает! Трасса слишком сухая. Хантер Кросс обходит сразу два болида – он уже третий. Оба соперника впереди на дождевой резине, а значит, им предстоит пит-стоп. Но Кросс не дожидается этого и легко обходит одного из них.

Оператор задает вопрос, и я переключаюсь на работу. Мы снимаем кадры подсыхающей трассы и петляющих по ней гонщиков, однако я никак не могу сосредоточиться на работе и то и дело отвлекаюсь на трансляцию.

— «Красные стрелы» лидируют. Орландо Форс не собирается уступать первое место без боя. Но сможет ли он удержаться? Сцепления с трассой у его дождевой резины уже нет.

— Зато оно есть у Хантера Кросса, – рычит свою фирменную «р» второй комментатор. – Он равняется с болидом «Красных стрел». Стрелы быстрее на прямых, но не в таких условиях. К повороту Хантер выходит по более выгодной траектории.

— Дамы и господа, у нас новый лидер гонки!

К горлу подкатывает комок, а глаза заволакивает слезами. Я всегда плачу, когда побеждают те, кто этого действительно заслуживает. А Хантер – первоклассный гонщик. Он отдает гонкам всего себя: постоянно либо на симуляторе, либо с инженерами и механиками, всегда задерживается допоздна. Серьезно, я однажды видела, как он перед уходом выключил свет в гараже, потому что там никого больше не оставалось.

Слезы уже собираются в уголках глаз. Я запрокидываю голову и вытираю их указательными пальцами так, чтобы не размазать тушь. Хорошо, что рядом только оператор, а он сейчас смотрит в объектив.