Книга Кайкейи, страница 152 – Вайшнави Патель

Это была какая-то магия. И то, чего я не могла разглядеть на Плоскости Связи, не сулило ничего хорошего.

— Лакшмана, что ты знаешь об этих местах? – тихо спросила я.

И услышала, как он спрыгнул с лошади позади меня.

— Если я правильно помню карту, тут нет ничего особенно примечательного.

— А есть ли поблизости какие-нибудь священные места или святыни? – спросила я, возвращаясь в реальный мир. Чем дольше мы стояли, тем сильнее ощущался в воздухе какой-то подозрительный холодок.

— Здесь нет. – Лакшмана встал рядом, вглядываясь в густой лес. – А что?

Я подумала о том, насколько вероятно найти в лесу место, сотворенное богами, так близко к Шрипуре и к границе, за которой обитает гигантский зверь. Почти невозможно.

— Побудь здесь с лошадьми, – велела я Лакшмане. – Если не вернусь к тому времени, когда солнце будет в зените, скорее поезжай в Шрипуру и приведи людей для поисков. До нее не больше полудня пути, а один ты доедешь быстрее.

— Я не хочу оставлять тебя одну, ма, – тут же сказал Лакшмана. – Что ты там видишь?

— Ничего, – ответила я, и это была чистая правда. – Просто у меня предчувствие, что там есть что-то важное.

— Я пойду с тобой. Знаю, ты пытаешься защитить меня, но меня сюда отправили, чтобы оберегать тебя. Если оставишь меня здесь, я пойду следом. Так что лучше сразу пойдем вместе.

Я внимательно посмотрела на него. Он стоял прямо, выпятив грудь, и очень походил на Дашаратха.

— Хорошо. Держи меч наготове.

Лакшмана привязал лошадей, пока я осматривала окрестности, а затем мы стали пробираться через кустарник там, где было посветлее.

Примерно через сотню шагов дорога скрылась из виду. Лакшмана рядом вздрагивал, и я почувствовала, как по рукам бегут мурашки. В лесу было холодно – неестественно холодно – и слишком тихо. Тут должны бы шмыгать и бегать по деревьям разные мелкие зверьки, но их нигде не было. Не слышалось ни пения птиц, ни шорохов в подлеске. Без всего этого лес казался жутким.

Я вошла в Плоскость Связи, стараясь крепко держаться на ногах, когда земля слегка качнулась, и Лакшмана стал таким же бесцветным, как все вокруг.

Лес был неподвижен, поэтому внезапный хруст под сапогом Лакшманы отдался гулким эхом, и мы оба вздрогнули, а потом посмотрели вниз. Хрупкие листья – ярко-красные и шафрановые – устилали тропинку. Подняв взгляд, я увидела, что деревья над головой окрасились в цвет пламени. В Косале мы редко видели подобное, а вот в Кекайе леса бывали такими… но поздней осенью, а не в середине лета.

— Что происходит? – спросил Лакшмана и нагнулся, чтобы поднять лист.

— Не знаю, – ответила я, и правда не зная, что это за магия. Мы шли все быстрее, согреваясь на ходу, дыхание вырывалось изо рта белыми облачками. С каждым шагом все сильнее казалось, что мы идем не туда…

Впереди послышался тихий вой.

— Слышишь? – спросила я Лакшману. Мы остановились, и звук повторился.

Растения покрывала ледяная корка – поле смертоносного, мерцающего инея под такой плотной завесой тумана, что мы едва могли разглядеть что-то в пяти шагах. Я знала: мы наверняка уже близко подобрались к тому, что обитает в самом сердце этого странного места.

Я подняла упавшую ветку и стала шарить в дорожной сумке в поисках кремня. Получилось не с первого раза, потому что пальцы затекли от холода, но потом конец ветки вспыхнул. От нее я зажгла вторую палку, которую протянула Лакшмане. В мерцающем свете костра лес выглядел потусторонним. Я шагала как можно осторожнее, стараясь не шуметь.