Книга Поднебесный дворец, страница 19 – Филиппа Райс

Дальнейшие страницы содержали инструкции по пользованию различными приспособлениями в кабинете мастера-заклинателя: плитой, швейной машинкой и так далее. Прилагалась даже схема водопровода.

— Он знал, что ему найдут замену, но вряд ли предполагал, что ей окажется человек вроде меня, – произнесла Ивни.

Механическая сова встопорщила перья, как бы пожимая плечами.

— Он явно неспроста пишет, что «ошибался и что-то делал не так». Как будто ожидал, что умрет. Но не умер. Будет неловко, когда он вернется.

Ивни села за стол и молча съела пирог и грушу, поглядывая на дверь, словно боялась, что кто-нибудь войдет и прогонит ее.

— Ну и безумный денек сегодня выдался, – тихо сказала она, поглаживая совиную голову. Сова лишь моргала в ответ.

Ивни снова взглянула на дверь. На рассыпанные по полу письма и записки. Ей не хотелось прямо сейчас их разбирать. Она никогда не встречалась с мастером-заклинателем, но его незримое присутствие все равно ощущалось в этом кабинете.

Сова щелкнула клювом, покрутила головой и уставилась на дверь спальни.

— Пожалуй, лечь пораньше – хорошая мысль, – согласилась Ивни. Она сложила коричневую бумагу, в которую был завернут пирог, в маленький аккуратный квадратик. – Интересно, каким на самом деле был мастер-заклинатель? То есть какой он? Может, нас пустят его навестить?

Девушка взяла коричневый бумажный квадрат и бросила его в направлении мусорного ведра у стены напротив. Не попала. Бумага отскочила от края и упала на пол.

— Одного не могу понять… Если этот мастер-заклинатель такой аккуратный, дотошный и организованный, как можно подумать по его заметкам и состоянию кабинета… – Ивни поднялась, подобрала бумажку и бросила ее в ведро, – то как он умудрился натворить такого, что теперь лежит без чувств?

— Кры-ы-ы, – протянула в ответ сова, крутя головой.

* * *

Ивни быстро приготовилась ко сну. Ей то и дело представлялось, что Фантаччи решит проведать ее, когда она будет переодеваться или принимать ванну. Если успеть залезть в кровать, можно хотя бы притвориться спящей. Кровать оказалась жестковата. Одеяла были тяжелыми, стегаными, ручной работы. Под их весом было уютно. С кровати Ивни видела на противоположной стене квадратный гобелен, вышитый зелеными и пурпурными нитями. Орнамент напоминал то ли шестеренки, то ли лабиринт. Других украшений в спальне не было. Механическая сова сидела на столике у изголовья, слабо освещая глазами комнату. Ивни попросила сову закрыть глаза, и воцарилась тьма. Девушка долго прислушивалась к незнакомым ночным звукам. К далекой музыке – кажется, органной. Смеху. Тихому гулу откуда-то снизу. Лишь один звук был знакомым – барабанная дробь капель по стеклу. Снова шел дождь.

Дворец стоял особняком, поодаль от города, нависая над ним, словно облако. Как и мы, он смотрел на город со стороны. Прорицателю и королю не хотелось, чтобы за ними наблюдали посторонние. Прорицатель видел множество вариантов будущего и понимал, что оторванность от окружающего мира – гарантия безопасности. Кто обособлен – тот защищен. К тому времени, когда город разросся и обзавелся всеми чудесами современной науки, Дворец уже не одну сотню лет простоял на сыром холодном болоте, стойко вынося все удары стихии. Его возвели на монолитной скале – гигантском каменном наросте на теле земли. В этом камне крылась древняя магия. Для нас такая магия не может остаться незамеченной; она сияет, как самоцвет.