Книга Судьбы мертвых, страница 77 – Тесия Цай

Наконец-то мои ноги коснулись земли, но я не остановилась сообразить, где может быть воительница. Напротив, я метнулась прочь от постоялого двора, обратно к деловому району Юэгуань. Я как раз собиралась свернуть на узкую улочку, когда услышала сзади громкое: «Эй!» Глянув через плечо, я заметила воительницу, перегнувшуюся через перила балкона, откуда я сбежала, и лицо ее пылало от ярости. Но она уже опоздала.

Я метнулась по улице и зигзагами выбралась из города, обратно к безопасной тени леса.

Когда я вернулась, Жэнь уже не спал: он сидел скрестив ноги и выводил палкой на земле какие-то слова.

— Что это? – спросила я, пытаясь разобрать плывущие символы. Очевидно, его уроки каллиграфии не прошли даром.

— Причины идти тебя искать или не идти, – Жэнь постучал по земле палкой. – Почему ты так долго?

Я уселась рядом с ним и развернула сверток.

— Хорошо, что ты не пошел. Я опять встретилась с той воительницей из Сюси. Похоже, она следует за нами.

Жэнь оцепенел:

— Почему?

— Хочет тебя осмотреть и проверить, не ты ли беглец, которого она ищет. – Я положила ему в руки квадратик из клейкого риса, завернутый в листья. – А теперь я сбежала от нее дважды и наверняка только укрепила причины подозревать меня – нас.

— Тогда чего же мы ждем? Мы должны вернуться в Сыань сейчас же.

— Сейчас еще день.

Жэнь выругался и посмотрел на меня извиняющимся взглядом:

— Прости, Сиин. Это все я виноват.

— Ничего. Я знала, на что подписывалась.

Я разломила булочку со свининой – красная начинка впитывалась в мягкое тесто. Я надеялась, что мое лицо не было таким же красным от звука моего имени из его уст, – хотя непрошеный жар на щеках намекал на обратное. Прокашлявшись, я продолжила:

— Мы выйдем, как только сядет солнце. Солдаты на границе довольно суеверны, а темнота только поуменьшит их желание нам докучать.

— Кстати о переходе через границу, – сказал Жэнь. – Мне вот интересно, будут ли на заставе проверять мои документы?

Я кивнула, соображая:

— К счастью, в твоих документах нет имени рода…

— Об этой мере предосторожности подумал мой брат.

— …но, к несчастью, отсутствие фамилии может привлечь внимание. И еще, думаешь, они опознают то имя, которое там есть?

Жэнь покачал головой:

— Никто за пределами дворца не знает моего имени, как и лица. Отец никогда не считал меня настолько способным, чтобы позволять присутствовать на событиях в честь иностранцев или даже выходить за границы дворцовых земель. Отчасти поэтому мне было проще попасть в армию.

— Хорошо, – я вздохнула с облегчением. – Тогда просто играй свою роль и молчи, как поднятый мертвец, каким ты и должен быть. Обо всем остальном позабочусь я.

— Тебя послушать, так я будто не умею молчать.

Я вздернула голову:

— Потренируйся сейчас.

Жэнь сжал губы, устремив взгляд на сверток в руках. Я смотрела, как он робко развернул листья лотоса и уставился на блестящий бурый рис. Через какое-то время принц поднял глаза.

— Это ничего не доказывает, – сказал он, и мне пришлось сдержать смех, – но что это?

— Местные называют это «нуомицзи», – ответила я. – Это клейкий рис с курицей, зеленым луком и грибами. Родители покупали его для нас один раз, когда я была маленькой. Наверняка вкусно в точности так, как я помню.

— Никогда еще не видел, чтобы рис так заворачивали, – сказал Жэнь, поднимая еду повыше, чтобы лучше рассмотреть. – Это определенно удобно.