Книга Тысячи испытаний, страница 7 – Тан Ци

Су Цзи отчетливо видел, как Е Хуа на мгновение застыл, а затем его уши медленно покраснели.

— Дядя, не говорите глупостей.

Кажется, третьему принцу реакция племянника показалась милой, потому что он остановился.

— Разве это глупости? Если бы в этот раз ты сражался плечом к плечу с высшей бессмертной Бай Цянь, разве ты оставил бы ее на месте, чем немедленно воспользовался бы дух пса? – Глядя на пламенеющие уши племянника, Лянь Сун поднял бровь. – Мне правда любопытно, какую тактику ты бы применил, будь подле твоя невеста.

Наследный принц, отчаянно пытаясь сохранить спокойствие на лице, ответил:

— Высшая бессмертная очень сильна, вполне возможно, она убила бы зверя раньше меня.

Третий принц бросил на него взгляд.

— А, пусть жена защищает тебя – такая твоя тактика? – Он усмехнулся. – Что ж, это тоже мысль.

Спокойствие Е Хуа не сохранил. Он отвернулся и пробормотал:

— Дядя, перестаньте меня дразнить.

Третий принц и не подумал смутиться. Для удобства осмотра останков Небесного Пса он заклинанием поднял их в воздух и заметил:

— Нашего стыдливого наследного принца сами небеса велят поддразнить.

Лянь Сун любил чистоту, поэтому, даже осматривая труп зверя, он создал вокруг него прозрачный барьер, чтобы кровь не испачкала одежду. Оглядывая Небесного Пса цунь за цунем^[6], он спросил наследного принца:

— Вы с Бай Цянь помолвлены более двадцати тысяч лет и до сих пор не виделись? Почему бы не попросить Небесного владыку устроить вам встречу? Или тебе не любопытно, как выглядит первая красавица нашего божественного рода?

Е Хуа опустил взгляд и пробормотал:

— Не любопытно.

Но третий принц прикинулся глухим.

— Кстати, владения старшего брата Бай Цянь, Бай Сюаня, находятся в Юго-Западной пустоши, всего в семистах ли отсюда. Хотя обычно Бай Цянь уединенно живет в Цинцю, иногда она бывает во владениях своих братьев и персиковом лесу высшего бога Чжэ Яня. Говорят, в последнее время она гостит у своего первого брата. Если хочешь встретиться с ней, я могу сопроводить тебя в Юго-Западную пустошь.

Казалось, покраснеть сильнее уши Е Хуа уже не могли, но все же покраснели. Даже его обычно бледное лицо чуть порозовело. Юноша потер висок и беспомощно спросил:

— Дядя, в последнее время вам нечем заняться?

Третий принц наконец закончил осмотр останков Небесного Пса. Небрежным движением руки он превратил их в луч голубого света, который скользнул в белый шелковый мешочек. Тот был безупречно чист, но придирчивого третьего принца все равно не устроил. Легким толчком веера он бросил его в руки Е Хуа и с раздражающей улыбкой ответил:

— Именно. Нечем.

Су Цзи подумал, что будь он наследным принцем, то закатал бы рукава и избил дорогого дядюшку, но юный наследник Небес не зря славился самообладанием, следованием ритуалам, строгостью и серьезностью. Удивительным образом он сдержался и сказал только:

— Тогда по возвращении в небесный дворец я передам Небесному владыке, чтобы он добавил вам поручений.

Лянь Сун усмехнулся, словно наследный принц сказал нечто невероятно наивное, и поинтересовался:

— Думаешь, я буду от этого страдать? – И хладнокровно добавил: – Страдать будет только Су Цзи.

У того перехватило дыхание, бессмертный пошатнулся. Действительно, страдать будет только он. Все поручения Небесного владыки третий принц передавал дальше: внутренними делами занималась Тянь Бу, внешними – он. С чего бы страдать его высочеству?