Книга Тысячи испытаний, страница 142 – Тан Ци

Бай Цянь, вероятно, подумала, что у него не хватает сил для превращения, и снова положила руку ему на макушку. В этот миг Е Хуа собрал остатки сил, вскинул голову и зарычал на девушку. Поднялся сильный ветер, рев дракона разнесся по всему Кунсану, и даже труп цзяо трижды содрогнулся.

Е Хуа хотел напугать Бай Цянь, но рев, в который он вложил все силы, хоть и вырывал деревья с корнем, не смог сдвинуть богиню с места. Кровь застлала принцу глаза настолько, что он не мог разглядеть даже очертания девушки, не говоря уж о выражении ее лица. Не видел он и что она делает. Он лишь знал, что Бай Цянь не отступила.

Кровь щипала глаза. Е Хуа хотел моргнуть, но не успел – мир перед ним резко потемнел.

Аромат смеси агарового дерева, сандала и ладана накрыл его мягкой сетью.

Он не сразу понял, что девушка его обняла.

Бай Цянь, возможно, подумала, что он зарычал от боли и испуга. Она принялась медленно и нежно гладить его по голове и так же неторопливо успокаивающе приговаривать:

— Не бойтесь, владыка Е Хуа, я не желаю вам зла, я не враг.

Он окончательно растерялся.

Ее тело в человеческом облике по сравнению с огромным телом черного дракона казалось таким мягким, нежным и хрупким. Пусть сейчас Е Хуа лежал при смерти, чешуя у него на голове не стала от этого менее крепкой и острой. От этой мысли он тут же замер, боясь, что любое движение может ее ранить.

Будь Е Хуа в ясном уме, он бы помнил, что, хотя его нареченная сейчас и пребывала в человеческом облике, она не была слабой смертной. Даже если бы его тело покрывала острая, как лезвия, броня, что с того? Разве могла она ранить бессмертное тело девятихвостой божественной лисы?

Но в ясном уме Е Хуа не был. Его обманула видимая хрупкость тела владычицы Восточной пустоши. Хотя его сердце переполняли гнев и обида на нее, он все же боялся ее ранить, поэтому застыл на месте.

Тогда-то Бай Цянь и применила заклятье сна.

У подножия горы Кунсан, густо поросшей деревьями, последним, что увидел юный принц, прежде чем уснуть, были небо и кроваво-красная земля. И тонкая белая рука – она скользнула по его векам, и глаза закрылись. Все смутные мысли быстро погрузились на самое дно моря души Е Хуа.

Там было темно, тепло и совсем не больно.

Е Хуа не знал, сколько времени провел в забытьи, только помнил, что очнулся уже в человеческом облике. Наследный принц лежал в пещере, около него обнаружился красивый бессмертный в синем одеянии.

Этот господин, увидев, что Е Хуа очнулся, весьма удивился:

— Сокровища тетушки и правда бесценны! Ваше высочество, вы очнулись намного быстрее, чем мы думали!

Е Хуа оперся на стену пещеры и попытался сесть на каменной кровати. Бессмертный в синем поспешил ему помочь. Наследный принц поблагодарил и хотел было спросить, где они находятся, как у входа в пещеру послышались шаги и затем раздался голос Бай Цянь:

— Заставил же меня побегать. Вот наставник лежит себе смирненько в пещере, а этот… Видно, они только внешне похож…

Тут вошедшая в пещеру Бай Цянь увидела, что Е Хуа сидит на каменной кровати, и резко замолчала. На лице ее отразилось изумление.

— Владыка Е Хуа, вы… вы… очнулись?

Он тоже был потрясен.

Хотя из-за слов дракона-цзяо Е Хуа внутренне отгородился от Бай Цянь, когда ее фигура отразилась в его глазах, из него будто выбили дух. В голове мгновенно промелькнуло множество образов, но он не уловил ни одного из них – а затем в этом беспорядке словно что-то рухнуло, и недостающий кусочек чего-то неясного, но очень нужного встал на свое место в сердце. И оно забилось… Все сильнее, все быстрее…