Книга История дворца Куньнин. Книга 2, страница 56 – Ши Цзин

— Вторая барышня, учеба не слишком вас утомила?

— Как же мы скучали по вам!

Только Небу известно, как вольготно жилось служанкам в отсутствие Цзян Сюэнин. Жалованье исправно выплачивалось, а прислуживать было некому. Да и тревожиться, что вторая барышня сцепится с матушкой или старшей сестрой, не приходилось. Первые пару дней служанки не могли привыкнуть к праздной жизни, но постепенно втянулись и поняли, что такое настоящая благодать: их здоровье окрепло, аппетит улучшился, поясница не ныла, ноги не болели, волосы с головы не сыпались. Скажите на милость, что на свете может быть радостнее, чем служить барышне, которая уехала во дворец на учебу? Завидев Цзян Сюэнин, Лянь-эр и Тан-эр засветились от счастья: им предстояло трудиться всего лишь два дня, за которыми последуют десять дней передышки, и так целых полгода! Воистину благословение, ниспосланное Небесами!

Одна служанка тут же подхватила хозяйку под руку, чтобы помочь той подняться в экипаж, а вторая предупредительно подала чай. Цзян Сюэнин сначала была слегка озадачена, но, поразмыслив, быстро сообразила, в чем дело. Тан-эр держалась степенно и сдержанно, зато глаза Лянь-эр напоминали два полумесяца и лучились радостью.

Цзян Сюэнин тоже улыбнулась и решила ее подразнить:

— Так счастливы видеть свою госпожу? Видно, и впрямь соскучились. Может, мне отказаться от чести учиться вместе с принцессой? Буду сидеть дома, чтобы вы не тосковали.

— Что-что? Нет! Разве можно упускать такую возможность…

Встретив насмешливый взгляд барышни, Лянь-эр в испуге захлопнула рот и с жалобной миной уставилась на хозяйку. Та откинулась на подушку и, наблюдая, как веселье, печаль и тревога без утайки отражаются на лицах служанок, впервые за долгое время расслабилась. Легкий ветер приподнял полог экипажа, и Цзян Сюэнин невольно посмотрела в окно. Возница взмахнул кнутом и натянул поводья, разворачивая повозку. Величественный Запретный город, окутанный густым утренним туманом, промелькнул в узком просвете окна и скрылся из виду. Короткое время затишья перед грядущей бурей, которое барышня провела в свите старшей принцессы, подошло к концу.

* * *

По дороге домой Цзян Сюэнин расспросила, что происходило в усадьбе в ее отсутствие. Лянь-эр и Тан-эр, хоть и наслаждались бездельем, зорко следили за всеми событиями и приступили к подробному рассказу.

Как только младшая дочь уехала, в доме воцарился мир и покой. Те служанки, которых она притесняла, радовались, как в канун Нового года. Госпожа Мэн наконец-то смогла пожить в свое удовольствие. Цзян Сюэхуэй получила несколько приглашений от знатных барышень и ходила в гости, где слушала музыку, любовалась цветами и слагала стихи. Ее жизнь шла своим чередом, разве что состоятельные столичные семьи начали справляться насчет сватовства.

Слушая речи служанок, Цзян Сюэнин приподняла занавеску и выглянула наружу: прохожие спешили по улицам, втянув голову в плечи, словно страшились привлечь внимание. Обычно шумная и многолюдная столица казалась непривычно пустой.

Усадьба Юнъи-хоу, представителя высшей знати, располагалась у ворот Красной птицы. Здешние павильоны, беседки и башенки в окружении высоких стен занимали половину улицы, мимо дальнего конца которой пролегал путь к дому семьи Цзян. Взору девушки предстали ряды солдат в тяжелых доспехах с мечами и копьями. Их лица были мрачны, а острые, как у ястребов, глаза всматривались в каждого прохожего. Воины сразу уставились на экипаж и отвели взгляд, лишь различив фамильный герб рода на борту.