Книга Переводчица. Украденная репутация, страница 26 – Вера Вильсорова

– А может, вместе проспали? Значит, было от чего, Риточка! То, чего тебе ещё долго не познать – взаимная любовь, страсть и всё такое… И познать ли…

– Заткнись! Заткнись! Заткнись!

Макс снова повернул ко мне блокнот, я дежурно улыбнулась, даже не взглянув на рисунок. Тихонов, по всей видимости, заканчивал свой обзор и перешёл на цели следующей недели. Если до этого я слушала его вполуха (всё равно его указания доходили до меня через деловое сито Леночки), то теперь и вовсе улавливала лишь обрывки фраз.

— … клиент сложный, большой – строительная компания. Имейте в виду, заказ крупный.

— Ничего, блицкриг обеспечим, твёрдо и чётко! – громко выдал Макс, не поднимая глаза от рисунка. Я пихнула его локтем в бок.

— Вы что себе позволяете, господин Зенф? – Виктор Палыч завис над столом, обеспокоенно взглянув на Вальтера. – Мы ещё не отошли от вашего недавнего… кхм… Нет, я даже не буду повторять это непотребство!

Господин Брандт, улыбаясь уголком губ, погрозил Максу пальцем. Дора, нахмурившись, уставилась на нас, как отличница на двоечников.

— Нет, ну я так, – возмутитель спокойствия продолжал как ни в чём ни бывало вырисовывать каракули на бумаге. – Я имел в виду, не волнуйтесь, атакуем знаниями в лучшем виде, Виктор Палыч.

— Я тебе! – Лимон потряс мясистым кулаком, и по залу прошлись смешки. – Маргарита, – внезапно он сменил тон и обратился ко мне: – он вас стесняет? Мешает? Говорите честно, не смотрите на него, – начальник ждал ясного ответа.

— Ой, – от внезапного обращения Тихонова я растерялась, щёки моментально загорелись.

Все присутствующие переводили взгляды то на нас, то на Лимона.

— Нет, ничего подобного! Не мешает, – поспешила сказать я, краем глаза заметив, как Зенф хитро улыбается.

— Точно, "ничего подобного", – зачем-то вмешалась Дора звонким голоском. – Но за ними нужен глаз да глаз, Виктор Павлович. Они уже сыгрались по полной, как нам кажется. А за работой практикантов всегда нужен строгий контроль. Зенф, как обычно, только развращает наши молодые кадры.

Она сказала "нам кажется"? Кому – «нам»? Что за подобие комсомольского собрания?

— Дора, нам нужны пояснения, – начал Зенф, но Партугас демонстративно отвернулась.

— Перепалку прекратить! – Лимон строго оглядел нас. – Работаем сообща и, главное, результативно. И без этих твоих выпадов, Макс.

— Jawohl¹, господин Тихонов!

Собрание вскоре закончилось, Брандт остался в зале с Лимоном, а Дора поспешила в наш кабинет. Она ещё не знала, что подожгла фитиль, который сгорит, стоит мне дойти до места и встретиться с ней лицом к лицу.

В коридоре я мило поздоровалась с проходящими мимо коллегами, с кем с утра успела обменяться только скупыми кивками. К рабочему месту я пока не спешила – нужно было немного остыть.

И что я у неё сейчас спрошу? Чего я так возмутилась?

— Дора, я могу узнать, что вы имели в виду, говоря о нас с Зенфом на совещании? – как можно спокойнее попросила я объяснений, войдя в кабинет.

— А какой комментарий вам нужен? Я всё сказала там, – невозмутимо проговорила Партугас, копаясь в сумочке. – Рита, наши – совещания – это открытая площадка, где любой может выразить своё мнение. Я же не гарантирую, что моё придётся всем по душе, верно?

Голос Доры стал чуть скрипучим. Жесты сопровождали её расходящиеся раздражённые нотки и убеждали в Дориной правоте. Сладкий, удушливый, медовый, аромат её духов усиливал неприятие.