Книга Она под запретом, страница 107 – Алайна Салах

Если бы на моём месте сидел Арсений, он бы одарил Раду своим фирменным снисходительным взглядом. Именно его я сейчас пытаюсь скопировать, чтобы продемонстрировать подруге своё абсолютное равнодушие к такому предположению. Наверное, если бы Арсений позвонил, я бы вела себя по-другому, но сейчас мне отчаянно хочется защитить своё уязвлённое самолюбие.

— Не говори ерунды. И отвечая на твой первый вопрос: у Данила тоже всё в порядке. Вернее, у них с Луизой.

Один плюс во всех этих переживаниях всё же есть: Даня ненадолго освободил мои мысли. Хотя, когда я об этом думаю, становится немного грустно: будто что-то чистое и светлое уходит из жизни, замещаясь более земным и прозаичным. Может быть, это и называется взрослением? Когда приходит осознание того, насколько жизнь расходится с реальностью.

Потом Радмила вспоминает о забавном инциденте, произошедшем с ней на съёмках (пальто зацепилось за ограду, и в кадр попали её трусы), и разговор плавно перетекает в другое русло. Я чувствую разочарование. Пусть я и не собиралась рассказывать о том, что происходит между мной и Арсением, но почему-то хотелось, чтобы подруга продолжала задавать о нём вопросы.

— На выходных какие планы? — спрашивает Радмила, когда мы останавливаемся на крыльце ресторана, чтобы попрощаться. — Можно будет в «Малину» сходить. В субботу там Пластик будет играть. Что скажешь?

Я обещаю подумать и, поцеловав её в щеку, опускаюсь на сиденье подъехавшего такси. Проверяю телефон и кусаю губу от обиды. Ничего.

Придя домой, ещё около получаса я не решаюсь снять одежду. Дурацкая мысль «А вдруг?» не позволяет. Это ведь закон подлости: стоит умыться и переодеться, как обязательно образуются планы. Но даже спустя полчаса ничего не происходит.

«Ты ведёшь себя как зависимая от его внимания дура, — говорю я себе, с остервенением стаскивая платье. — Вспомни, наконец, о достоинстве».

Умывшись, я залезаю в кровать и включаю телевизор. Как же это несправедливо, что Арсений оставил меня в подвешенном состоянии. Сам проявил инициативу, выбив тем самым почву у меня из-под ног, весь вечер был милым, а потом вдруг снова стал собой. Что ему стоит хотя бы написать мне СМС?

Вытянув ноги, я смотрю в потолок. Может быть, он сейчас с Инессой? То, что он поехал не к ней, а проверять фундамент, ни о чём не говорит. Это вчера я, окрылённая ужином и поцелуем, восприняла всё так, как мне хотелось. На деле это не отменяет вероятности, что Арсений крутит нами обеими.

Когда вдруг раздаётся телефонный звонок, я даже подпрыгиваю. Все обвинительные мысли в его адрес моментально покидают голову, заменяясь бешеным сердцебиением. Неужели?

При взгляде на экран я начинаю непонимающе моргать. Это не Арсений. Мне звонит Данил. Жужжание в голове увеличивает громкость, и, чтобы не оглохнуть, я быстро принимаю звонок.

— Аин, привет… — да, это Даня. Его бархатный тембр я не спутаю ни с одним другим. — Не отвлекаю?

— Привет… Нет, — я подтягиваю к себе ноги, принимая позу лотоса, но, передумав, спрыгиваю с кровати. — Что-то случилось?

— Домой с работы еду и решил тебе набрать. Ты на меня ни за что не обиделась?

— Я?! — от неожиданности мой голос взвивается на октаву выше. Обиделась на Даню? Такое сложно представить. — Нет, нет, конечно. Почему ты так решил?