Книга Мама поневоле, страница 36 – Слава Доронина

Я резко остановилась и оглянулась. Мария Гавриловна плакала, а мне все внутренности выворачивало наизнанку, на стену хотелось лезть от беспомощности. Я была на грани истерики. Куда бежать? Кому звонить? Кто украл моих детей? Озарение, кто бы это мог быть, вспышкой обожгло сознание и привело меня частично в чувство. Я побежал обратно в квартиру, схватила в руки телефон, который лежал на комоде. Ну, конечно, это был Булатов! Кому бы еще понадобилась моя дочь? Он решил таким образом забрать себе Надю? Каков же подлец… А как достоверно изображал из себя благородство, подарки организовал, а я, наивная дура, приняла их и повелась на его доброту. Дурочка! Какая же я была наивная дурочка. Ничему меня жизнь не учила. Только мне и в голову подобное не могло прийти, что мужчина планировал такие ужасные вещи.

Дрожащими пальцами я разблокировала телефон и, пока в динамике раздавались гудки, глубоко и судорожно втягивала в себя воздух, впиваясь ногтями свободной руки в стену. Мне хотелось выть от отчаяния, бежать хоть на край света, чтобы спасти детей. Если это и в самом деле был Булатов... то я, как глупая мышка, попалась в мышеловку, потянувшись за бесплатным сыром. Позволить ему задаривать детей подарками? Принимать участие в нашей жизни? Какая же я дура! Моего разрешения изначально и спрашивать никто не собирался.

— Правильно! Звони в полицию.

Мария Гавриловна держалась за сердце и смотрела на меня огромными глазами. Женщина тяжело дышала, а ее бледное лицо покрылось красными пятнами. Мне следовало накапать ей корвалола, чтобы она не свалилась с сердечным приступом на пол, но все мои мысли были заняты детьми. Кто бы мне чего накапал и привел в чувство. Я подняла руку вверх, попросив ее полушепотом помолчать, потому что я никак не могла сосредоточиться.

Булатов ответил мне спустя десять гудков. Десять! Может, он и вовсе не думал мне отвечать? Только вот с его стороны было очень подло и низко похищать моих детей.

Призвав остатки благоразумия, я заставила себя быть предельно вежливой и попытаться для начала пойти на компромисс, объяснить ему, что так дела не делаются, а он, как минимум, своими решительными действиями мог нанести детям психологическую травму. И чего мне стоило взять себя сейчас в руки никто не знал, я находилась на грани истерики. Я столько всего пережила с Надей, она еще полностью не окрепла, а он вытворял такие вещи. Чего он добивался? Почему не приехал ко мне и нормально не попытался поговорить? Что за бандитские выходки?

— Ксения? – на том конце связи послышался твердый и мужественный баритон.

Ах, он еще вздумал удивление разыгрывать? Я начисто забыла его отчество, находясь в шоке, да и плевать я хотела в данной ситуации на какие-то формальности. Сейчас ничего, кроме отвращения к мужчине, я не испытывала. Неужели он оказался на поверку таким... Таким скользким типом. Сначала на разведку заслал своего человека с подарками и продуктами, а теперь вздумал играть со мной в кошки-мышки и водить за нос, изображая благородство?

— Где мои дети? Неужели вы не понимаете – то чем вы занимаетесь, наказывается законом, или вам на него давно наплевать? Верните немедленно Надю и Максима домой, либо я сейчас же заявляю на вас в полицию.

— Ксения, успокойтесь, – в его голосе послышались беспокойные нотки. – И внятно объясните, что случилось. Меня сейчас нет в городе, я в Москве нахожусь на деловых переговорах, а вы так настойчиво звонили, что...