Книга Тонкие грани, страница 24 – Слава Доронина

Переключив внимание на дорогу, я сосредоточилась на мыслях, куда мы направлялись. Наглец накануне говорил что-то о том, что у меня будет возможность отработать свой долг... Надеюсь, мне не придется убить человека, или сделать что еще похуже? Хотя куда уж хуже. Убить — это, конечно, самое страшное преступление. Но если поразмыслить, предательство близкого человека было бы, наверное, сродни убийству невиновного: в обоих случаях вера во что-то хорошее и светлое, умирала.

Наглец сосредоточено наблюдал за дорогой, я покосилась на точеный профиль и в который раз отметила про себя, что он довольно-таки красив. Слишком красив, ровно настолько же, насколько и мрачен. Теперь сомнений не оставалось – он был преступником, убийцей. Таким же, как и мой брат, которого я любила ни смотря ни на что. Вскрывшееся обстоятельство никак не повлияло на мое отношение и чувства к умершему брату. Наверняка, у Стэнли было какое-то объяснение, почему он выбрал этот путь. Только, увы, я не узнаю уже об этих причинах никогда. Стэнли нет, и все его мысли и чувства ушли вместе с ним.

— Ты был знаком с моим братом? – со вчерашней ночи меня терзали эти мысли.

Вопросов на самом деле было больше, но ответ именно на этот интересовал в первую очередь. Наглец плавно начал сбавлять скорость, оставляя мой вопрос без ответа. Сквозь темные стекла очков я естественно не могла видеть его глаз, хотя мне бы очень этого хотелось.

Отвернувшись от наглеца, я снова увязла в пучине беспросветных мыслей. До сих пор в голове не укладывалось, что просто вот так в один непогожий день в моей и без того не безмятежной жизни все запуталось только сильней. Частая смена настроения от безразличной апатии до прогрессирующей депрессии уже начала понемногу волновать. В душе ощущалась бездонная пропасть пустоты... Казалось, кинь туда камешек, он бы наверно не долетел до конечной цели, раскрошившись от времени в пыль. Ничего не могла с собой поделать... Но лицо Стэнли – такое красивое и светлое – постоянно стояло перед глазами. В голове не укладывалось, что он был хладнокровным убийцей. Я зажмурила глаза и попыталась представить брата с пистолетом в руке, направленного на человека...

— Хватит! – бархатный голос наглеца заполнил салон автомобиля и подействовал на меня словно ледяной душ. Я распахнула глаза и уставилась на него, ничего не понимая.

— Ты слишком много думаешь, – сказал он, в упор уставившись на меня своими стеклами очков. – И долго, – добавил он. – Пристегнись! – приказал наглец и снова отвернулся от меня.

— Зачем? – покосилась я на него.

— Слушай, что тебе говорят, – его мрачность вводила в ступор. Я пристегнулась. Спорить совершено не хотелось.

— Алисия, – позвал он уже теплее. – Если ты хочешь жить, научись слушать мои приказы и стараться выполнять их беспрекословно, – я промолчала.

Нет, безусловно, я не хотела умирать – не теперь, когда знала, что смерть брата скорее всего была спланирована. И я была настроена узнать кем, чего бы этого не стоило.

Наглец внезапно прибавил скорости и стал уделять пристальное внимание зеркалу заднего вида. «Неужели полицейские начали работать и вышли на этого серийного убийцу?» – проскользнула в голове шальная мысль. Я была благодарна Рику за Клайва, но, если посудить трезво, чем он был лучше? Они одного поля ягоды, стрелялись на территории наглеца, словно играли в дуэль. Боже, я точно скоро свихнусь от всего этого сумасбродства. За что предупреждал его Клайв? Зачем нужно было убивать собак? Заставлять меня ехать с ним?