Книга Волчонок, страница 5 – Алайна Салах

— Я буду нечасто здесь появляться, если ты об этом.

Застыв посреди кухни как два истукана, мы наблюдаем, как он в два больших глотка расправляется с обжигающим кофе и, игнорируя открытую посудомойку, моет за собой чашку. Ставит ее ровно туда же, откуда взял, и молча выходит из кухни.

Чувствую себя по-идиотски. Это парень явно планирует задержаться здесь минимум на несколько дней, а нас друг другу даже не представили. С другой стороны, кто мешал мне самой проявить инициативу, назвав свое имя. Хотя младший брат Итана явно не из тех, кому важно расположить к себе людей, и кто будет интересоваться, как мои дела при встрече. Так почему я должна переживать, что наша знакомство не сложилось.

Я не физиономист, но от чего то мне кажется, что мы вряд ли поладим. Во-первых, при встрече он едва на меня взглянул. Мой утренний образ далек от привычных канонов женской красоты, но я способна трезво оценивать свою внешность и знаю, что, как минимум, не могу быть противной. Еще я склонна доверять Итану, и вряд ли его неприязнь к брату является необоснованной, а это повод относиться к Тайлеру с осторожностью.

Просто удивительно, что эти двое —кровные братья, потому что в их внешности, помимо роста, нет ни малейшего сходства. Итан худощавый и светлокожий, с тонкими аристократическими чертами лица, Тайлер же широкоплечий и смуглый, и с большой вероятностью, его мать — уроженка Латинской Америки.

— Позавтракаем? — разбиваю повисшую тишину.

Отмерев, Итан опускается на стул и, когда я ставлю перед ним чашку, машинально делает глоток.

— Если тебе неприятно его присутствие, — говорю осторожно. — мы можем подыскать другое жилье.

Итан раздраженно грохает кружкой о стол, заставляя меня подскочить от неожиданности, и его тонкие ноздри раздуваются от негодования.

— Я не оставлю этого щенка распоряжаться имуществом моей семьи. Пусть не думает, что может вот так просто заявиться в дом, на который он не имеет ни малейшего права.

Я не слишком сильна в юриспруденции, но разве имея общего отца, Тайлер не в праве претендовать на долю в наследстве? Однако, глядя на ожесточившееся лицо Итана, решаю попридержать собственное любопытство до более подходящего случая.

В молчании мы дожевываем приготовленные мной сэндвичи, и когда я приступаю к уборке стола, за окнами раздается звук заведенного двигателя. Как только во дворе воцаряется тишина, плечи Итана ощутимо расслабляются, и на лице появляется намек на улыбку.

— Сегодня я поеду в офис. Чем планируешься заняться?

— Садовник, уборщица, чистильщик бассейна. — пожимаю плечами. — Намерена сдержать свое обещание и превратить это место в райский уголок.

— Я вовсе не собирался превращать тебя в раба лампы. Уборка может подождать. Ты планировала увидеться с Дженни, разве нет?

Дженни моя старшая сестра, которая живет в Нью-Йорке больше десяти лет. Она сбежала из оков родительского контроля, поступив в Колумбийский университет, а на четвертом курсе вышла замуж за своего однокурсника, чем вызвала огромное недовольство отца, лишенного своего права вета на неугодный по его материальным критериям брак. К счастью, или к сожалению, меньше чем через год Дженни подала на развод, и с тех пор ведет образ веселой нью-йоркской холостячки: крутит многочисленные романы с мужчинами всех возрастов, путешествует по миру и божится, что никогда больше не выйдет замуж. С сестрой мы не виделись больше года, и я клятвенно обещала ей по приезде оторваться как следует.