Книга Волчонок, страница 32 – Алайна Салах

— Так, значит, это правда. — из мягкого и приветливого ее голос становится язвительным и дребезжащим. — Ты здесь.

— Это и мой дом. — Тайлер повторяет ту же самую фразу, которую я услышала от него в первый день.

— Твой дом? — шипит женщина, рождая разительные перемены в своей внешности: гладкое ухоженное лицо трескается паутиной морщин, а благородная осанка дамы высшего света сменяется угрожающей позой. Сейчас она похожа на разозлившуюся кобру, готовую броситься в атаку. — Здесь нет ничего твоего, мелкий выродок.

Тайлер никак не реагирует на ее оскорбления: продолжает стоять на месте и сверлить ее мрачным взглядом.

— Мой сын это прекратит. — фыркает Глория, расправляя плечи. — Вернешься туда, где тебе место: в канализацию с крысами.

Я в растерянности наблюдаю за этой односторонней перепалкой и искренне не понимаю, что мне делать: оскорбления адрес Тайлера царапают нервы, но вступаться будет неуважительно, в первую очередь, по отношению к нему самому. Тайлер не из тех, кого стоит защищать.

Женщина поворачивается ко мне и ее черты, искаженные злобой, быстро разглаживаются:

— Милая, пойдем отсюда. — обхватывает мою руку, увлекая в сторону гостиной. — Не могу находиться в одной комнате с этим отвратительным существом.

Отвратительное существо? Тайлер? Этот пронзительный и искренний парень? Кем мнит себя эта женщина?

Отшатываюсь, выдергивая ладонь из цепких тисков.

— Прошу прощения, Глория. — мой голос звучит холодно. — До того как вы приехали, мы с Тайлером пили кофе. Думаю, я хочу закончить.

На идеально отштукатуренном лице женщины вновь образуются гневные заломы, но в этот момент мне глубоко на это плевать, потому что вспышки солнечного света в глазах Тайлера с лихвой перекрывают весь ее яд. И сейчас мне совсем не важно, какие последствия будет иметь такое пренебрежение для моих отношений с Итаном. Мне хочется дать понять Тайлеру, что он не один. Я знаю, чувствую сердцем, что ему это нужно.

— Кажется, мы выбрали не совсем подходящее время для визита, — сухо изрекает Глория после секундного молчания. Развернувшись на каблуках, кивает головой застывшему в дверях спутнику: — Поехали, Киган. Навестим моего сына позже.

Испытывая неимоверное облегчения, что неприятный дуэт покидает дом, поворачиваюсь к Тайлеру, и с изумлением замечаю, что он больше не выглядит невозмутимым и равнодушным. Сейчас в его глазах пылает самая настоящая ненависть. Сжимая кулаки, он смотрит на спутника Глории, Кигана.

— Привет, малыш, — голос Итана звучит немного натянуто, когда он обнимает меня одной рукой и быстро целует в губы. Прижимаюсь к идеальному пиджаку, вдыхая пряный аромат его парфюма. Мой мужчина, наконец, дома, и теперь все вернется на круги своя. Жду, что спокойствие и умиротворение наполнят вены, как это обычно бывает в его присутствии, но от чего-то этого не происходит. Прижимаюсь сильнее, вдыхаю глубже - не помогает.

— Как ты справлялась без меня? — спрашивает в макушку. — Это существо не путалось у тебя под ногами?

И снова это омерзительное слово, не применимое для человека. Разжимаю объятия, и, отстранившись, заглядываю Итану в глаза.

Мой голос звучит холоднее, чем мне бы хотелось, но по-другому говорить не выходит. Мне претят неприкрытое высокомерие и брезгливость в его голосе.