Книга Папина дочка, страница 23 – Алайна Салах

Всё, хватит. Я нахожу глазами дайверскую группу и, не глядя по сторонам, иду к ним. На глубине тоже есть много всего интересного.

Под водой царит умиротворяющая тишина, а некомфортное давление на грудь успешно выравнивается циклом дыхания: вдох-выдох, вдох-выдох. Клэр находится справа: чересчур активно гребёт руками, плывя против течения, но в остальном держится неплохо.

На двадцать третьем метре останавливаю группу, показываю «окей» и указываю в провал в скале: туда, где проплывает пятнистый скат. Клэр направляет на нас камеру и кружит из стороны в сторону в попытке сделать эффектный кадр. Я предупредительно мотаю головой, давая понять, что это небезопасно, но она только отмахивается. Видно, что из тех, кто любит достигать своего любой ценой и не умеет принимать отказов.

Через пятьдесят минут на дрифте нас подбирает лодка. Сняв маску, я выравниваю дыхание. Воздух на поверхности пахнет как никогда ярко: солью, водорослями и бензином.

— Coffee still on the table? (Кофе всё ещё в силе?) — Клэр распускает волосы, стряхивая с них воду. Несколько капель попадают и на меня.

— В баре при марине. Через час.

Кофе — это всего лишь кофе, пока его участники не договорятся об обратном. А в нашем случае этого не случится — за тридцать девять лет я научился безошибочно распознавать, когда внутренний голос говорит «да».

Хищница Клэр принимает моё согласие удовлетворённой улыбкой, и на несколько минут я наконец остаюсь предоставленным самому себе.

Первое, что я замечаю при приближении к берегу: огненно-красный купальник. Каролина прогуливается по берегу одна, Марка рядом нет.

Поблагодарив группу за погружение, я спрыгиваю на песок. Тонкая фигура моментально срывается с места и решительно надвигается на меня. Мокрый песок разлетается под её ступнями, соломенные волосы топорщатся от ветра, взгляд горит.

Я хмурюсь. Что-то случилось?

Поравнявшись со мной, Каролина задирает голову. Полные губы слегка дрожат.

— Я знаю, что это не моё дело, но всё равно хочу спросить. Ответьте, пожалуйста, честно. Вам нравится Клэр?

Вот так, без прелюдий — сразу в лоб, чтобы наверняка обезоружить. Не знаю, как с остальными, но со мной у неё этот приём каждый раз работает безотказно. Вся жизненная мудрость и опыт моментально идут на хер, заставляя на секунды растеряться, а потом судорожно извлекать из арсенала новые реакции.

Высокое солнце бьёт в глаза, но я намеренно снимаю очки в знак извинения за то, что утром трусливо от неё закрывался.

— Клэр просто хороший партнёр по дайвингу.

— А то, как она на вас смотрит и разговаривает? — голос Каролины звенит неподдельным возмущением. — Это тоже часть этикета дайверов?

Я наблюдаю за ней, ловя себя на том, что не могу оторваться. Смотрю, как сдвигаются к переносице светлые брови, как пунцовеют щёки и сверкают глаза. И я, конечно, не обязан перед ней объясняться, но по какой-то причине всё равно это делаю. Потому что давно не встречал такой пылкой искренности и потому что не хочу её ранить. Дочь Демидовых во многих смыслах меня восхищает.

— Если ты спрашиваешь, интересна ли мне Клэр как женщина, отвечаю, что нет.

Каролине нельзя играть в покер — слишком честно проявляются на её лице все оттенки эмоций. Кукольные глаза несколько раз моргают, складка на лбу расправляется, уголки губ расползаются в стороны, секунда — и вот она уже радостно мне улыбается.