Онлайн книга «Искатель, 2012 №3»
|
Олег сам выбрал его — старенький, возможно еще военных времен, американский М-2. Именно выбрал — было из чего... Дрожжин показал ему этот оружейный тайник вчера, сразу после просмотра той кассеты. Олегу показалось, что это было некое знаковое действие: теперь тебе можно доверять, теперь ты повязан, ты — один из нас. Откидную стенку в кабинете Дрожжина невозможно было обнаружить ни на глаз, ни простукиванием — обычная перегородка из массивных струганых сосновых досок. А за ними — узкие полочки, стеллажи, ячейки. Все оружие было разнокалиберным и старым или, по крайней мере, бывшим в употреблении. Американские карабины, китайские автоматы, наши снайперские винтовки, наганы, гранаты... Возможно, все это было изъято у местных промышленников и, возможно, передано Дрожжину тем вчерашним милицейским полковником. И может быть, даже с какой-нибудь разрешительной бумагой. Во всяком случае, не было пока оснований связывать смерть Маруева с тайной этого склада. Он просто не был никогда на Камчатке... Заросли шеламайника закончились неожиданно. За очередным изгибом тропинки вдруг открылось каменистое бескрайнее плато. То есть край у него был, но где-то на горизонте, перед цепью невысоких скалистых гор. И само плато не было абсолютно ровным — маленькие овражки, желто-серые гряды валунов, редкие рощи корявой, причудливо изогнутой каменной березы, ярко-зеленые пятна кедрового стланика. Ближайшие поляны имели вид яркого ковра — пушистые клумбы мать-и-мачехи и иван-чая на фоне низкорослой синевато-сизой голубики, через которую часто пробиваются оранжевые шляпки подосиновиков. Дрожжин расположился на валуне спиной ко всему этому великолепию. Его карабин лежал на коленях, а на нем — пухлый блокнот-органайзер. Эту желтую кожаную вещицу Олег заметил у Дрожжина еще в самолете. Видел он ее и на пикнике, и в автобусе. Создавалось впечатление, что Василий Васильевич ни на минуту не расстается с этой заветной для него папкой. Впрочем — он руководитель группы. Там могли быть обратные билеты, карты, бухгалтерия. Деньги, наконец. Увидев Крылова, Дрожжин захлопнул органайзер, застегнул на нем молнию и встал. — Что, Олег, будем пейзажами любоваться или на медведя пойдем? — Пойдем. — Берлога здесь рядом. Не больше километра. Так что — не шуметь. Следуй за мной след в след. Дрожжин направился вдоль зарослей шеламайника. Они спускались все ниже и ниже, и вскоре послышался шум бурлящего по камням одного из притоков Авачи. Сама река была скрыта густыми зарослями ольховника. Они свернули направо и пошли вдоль берега. Два раза им пришлось переходить широкие ручьи, перескакивая по мокрым валунам. В какой-то момент Дрожжин оглянулся и ладонью подал команду — пригнуться. А через некоторое время он и вовсе лег и несколько метров полз вверх, стараясь незаметно расположиться на вершине небольшого пологого холма. Крылов повторил его маневр, расположившись между двумя пучками иван-чая. Рядом, метрах в двадцати, на склоне соседнего холма, было именно то место, куда упорно направился Дрожжин. В определенном смысле его можно было назвать берлогой. Это была полуземлянка с самодельной дверью из ивовых прутьев, собачьих шкур и обломков фанеры. Перед входом была площадка с обложенным камнями кострищем. Из крыши этого сооружения, прямо из земляной насыпи, торчал обломок трубы, что означало наличие внутри печки или хотя бы очага. |