Онлайн книга «Искатель, 2012 №3»
|
— Это все? — Все... — Не все это, Колосов! Масса еще форм есть. В людных местах чаще работают вплотную с подстраховкой. Как они при этом... шуруют? Или есть наблюдение разовое с передачей, есть сетью, есть с подключением... Ты слышал об этом, Колосов? — Слышал, но забыл... Не наше это дело, Павел Васильевич. Есть топтуны — пусть они и изучают все это. А у нас — банки, кредиты, залоги... — Наше это дело, Колосов! Пусть не ты сам за кем-то ходить будешь, так за тобой пойдут... Вот банкир с кредитом направит за тобой бандитов — как ты их обнаружишь, как оторвешься? Назови, Колосов, свой любимый способ ухода от наружного наблюдения. — Загримироваться можно... Заскочить в подъезд: усы наклеил, одежду сменил и спокойненько так выходишь и шуруешь себе по улице... У меня куртка есть: так — синяя, а вывернул — красная... — Хорошая куртка, зимняя? — Да, теплая... — Что ж, переносим учебу на завтра. Будем проводить практическое занятие. Все будем вести Колосова в его куртке-невидимке. Сколько там за бортом? — Тучков взглянул на прикрепленный к форточке термометр. — Плюс двадцать шесть? Отлично погуляем! И будешь ты у нас, Колосов, то синий, то красный. К такой куртке ты еще лыжи захвати — для полной конспирации... Жалко, мы на таких занятиях оценки не ставим. Знаешь, Колосов, что у меня на языке вертится? «Садись, два». Учеба помогла — Тучков почти сразу обнаружил своих старых знакомых. Правда, он попетлял в переулках в районе Мясницкой, заводил их в тупики и узкие проходные дворы, демонстративно оглядывался. Он понимал, что очень нервирует ребят, мешает им работать. Ему надо было быстро расколоть их, но не переиграть. А то можно нарваться на еще одну неписаную форму наружного наблюдения — затащат в подъезд и отмутузят. И правильно: веди себя корректно, не нарушай конвенцию... Он не любил работать так грубо, но сегодня ему надо было обязательно оторваться. Если он открыто расколет трех-четырех человек, они постараются сменить всю бригаду, но не успеют. Тучков быстрым шагом шел по пустынному в это время Кривоколенному переулку. В десяти метрах за ним следовала троица молодых ребят с кислыми физиономиями. Им уже нечего было терять. Они даже не выстроились в цепочку, а решили работать по форме «дышать в ухо». Сегодня каждый из них завершит свой рабочий день за сочинением рапортов о причинах своей расшифровки. Миновав Кривоколенный, они вышли на столь же беспокойный Потаповский переулок. Слева бесконечной лентой тянулась вереница разнокалиберных зданий и высоких заборов. За ней, где-то совсем рядом, шумел трамвайным грохотом Чистопрудный бульвар... Еще утром Тучков из заполнявшего его стол вороха бумажек, карточек, корочек вытащил этот пропуск... А вот и дверь фирмы, которую он очень «напугал» месяц назад и директор которой самолично выписал ему этот пропуск... Затем — мрачная охрана, которая сейчас пропустит его и ни за что не пропустит преследующих его трех богатырей, потому что у них нет этого пропуска... Тучков получил пятиминутную фору. Пока эти хлопцы сообразят, что здесь есть сквозной проход на Чистопрудный, пока будут базарить с охраной, пока свяжутся с базовыми машинами, пока побегут в разные стороны, огибая этот офисный городок... Через минуту Тучков был уже на бульваре и, на это он даже не рассчитывал, сразу заскочил в последнюю дверь уходящего трамвая — «Аннушки». Позиция у заднего окна давала отличный обзор... Кажется, все чисто... Правда, от Покровки, визжа тормозами, выскочила бежевая «Волга» и попыталась протиснуться поближе к трамваю. Но вскоре она влилась в поток машин, ведущих себя вполне пристойно, и вместе с ними устремилась к Солянке и Яузским воротам... Показалось... |