Книга Искатель, 2012 №4, страница 14 – Александр Юдин, Варвара Клюева, Иван Белогорохов, и др.

— Я не знала этого, — произнесла, смягчаясь, Миллисент. — Прошу прощения, я вовсе не хотела быть грубой и кого-то обижать. Но у всех свои проблемы, а бизнес есть бизнес.

— Нет, я не верю этому, — сказал Майкл, принимаясь за кофе. — Я все-таки ставлю на Артура. Он продал кому-то...

— Зачем? — спросил Лайерс. — Зачем?

— Прибыль поделили. Я думаю, он продал акции дороже, чем сказал Клэриджу.

— Да нет же, это Клэридж, уверяю тебя. — Милли раздраженно отодвинула недоеденный лимонный пирог. — Весь история с газетой, скорее всего, — правда. Теперь ему стыдно перед боссом, наверняка он ему многим обязан, о чем босс молчит. И вот старается выпутаться.

— Да не верю я, что Клэридж такой негодяй. Пойми, если ты права, значит, он совершил страшное свинство по отношению к этому Артуру. Артура же я не знаю, а то, что он рассказывает, уж очень странно. Какой ему смысл так себя вести, особенно если история с газетой не выдумана?

— Вот-вот, — подхватила Милли, — нет никакого смысла! Это Клэридж пытался обелить себя перед нами!

— Идемте отсюда, — вмешался Лайерс, расплачиваясь за пирог Миллисент, ее кофе, кофе Майкла и свой чай, к которому он не притронулся. — У нас полно дел.

Прибыв к себе в офис, Лайерс снова собрал всех и принялся отдавать распоряжения тем резким тоном, который появлялся у него в кризисных ситуациях и который хорошо знали его сотрудники.

— Миллисент, немедленно свяжитесь с прессой. Скажите, что я желаю сделать заявление. Майкл, разыщи лучших специалистов по радиации и врачей соответствующего профиля, их надо пригласить как экспертов. Фил, подготовьте распоряжения на все предприятия по созданию специальных комитетов, обязанность которых — встретить комиссию, создать ей все условия для работы. Ничего не скрывать. Не забыть о бытовых сторонах дела: гостиница для них, питание и что там еще нужно. Все расходы за наш счет. И еще одно... — он обвел всех глазами, — еще одно... Я желаю знать, кто приобрел пакет акций Клэриджа.

— Так, значит, он все-таки продал! — на разные голоса воскликнули присутствующие, которым Майкл и Миллисент не успели еще пересказать драматическую сцену, произошедшую у Клэриджа.

— Да, продал, — и Майкл, взглядом испросив у Лайерса разрешения, пересказал события. — Мы с Милли разошлись во мнениях, кто врет: она стоит за Клэриджа, я ставлю на Артура. Неизвестно, узнаем ли мы когда-нибудь...

Лайерс вдруг стукнул ладонью по столу, совсем негромко, но это было так непохоже на него, что Майкл тут же умолк.

— Я не позволю чернить людей, — раздельно сказал Лайерс.

— Я не черню, босс, простите, он ваш друг и...

— Я сказал, что не позволю чернить людей, — повторил Лайерс, — ни своих друзей, ни чужих. То, что ты говоришь, Майкл, попросту клевета.

— Да как же клевета!

— Если один говорит, что сахар белый, а другой — что он черный, один из двух обязательно лжет, — вполголоса заметила Милли. — Нельзя отрицать очевидность. То, что сказал один из них, — ложь.

Лайерс посмотрел на нее. Неумолимая логика друзей смутила его не больше, чем на секунду.

— Если ты хочешь представить это как логическую задачку, Милли, — медленно сказал он, — не забудь, что для правильного решения необходима еще одна предпосылка. В условия задачи надо вписать, что сахар был однотонный. Он имел только один цвет. Понятно? Только тогда можно с уверенностью сказать, что один из двух лжет.