Книга Зловещая мелодия, страница 85 – Эрик Фуасье

Валантен отметил для себя, что собеседник слушал его с особым вниманием, когда он говорил об откровениях Марии-Каролины по поводу тайных занятий двух жертв душителей.

— Похоже, вы, Берне, как и герцогиня Беррийская, не сомневаетесь, что истинным мотивом убийств было ограбление. Однако согласитесь: рассказ лорда Блэкберна наводит на мысль, что и версия о мести, исполненной ужасной сектой тхагов во имя их богини Кали, заслуживает некоторого внимания.

— Вы о таинственных безбилетниках, пробравшихся на борт корабля, который привез брата и сестру Блэкберн в Европу? Что ж, одно другому не мешает! Допустим, индийские душители и правда пересекли моря-океаны и продолжили преследование своего бывшего гонителя здесь, во Франции. Допустим также, что кто-то решил воспользоваться этой ситуацией, чтобы наложить лапу на военную казну мятежников, обставив свои преступления так, чтобы казалось, будто во всем виноваты проклятые индусы. На вашем месте я бы копал в этом направлении. А для начала я бы повнимательнее проследил за ночными блужданиями того священника-лунатика…

— Аббата де ла Нёя? – оживился Валантен. – Его поведение и правда в высшей степени подозрительно. Ему определенно есть что скрывать. Однако мне трудно представить его душителем при лунном свете. Он не выглядит физически способным на такой экзерсис.

— Да что вы! Кому, как не вам, блистательному сыщику, знать о том, что внешность обманчива? Как гласит пословица, не всяк монах, на ком клобук!

— Разумеется, разумеется… Так или иначе, я постараюсь выяснить, что за секреты у нашего доброго аббата.

Алкид Берне, рассудив, что разговор окончен, поднялся и тщательно отряхнул черные панталоны.

— Непременно этим займитесь, – сказал он, – и я рассчитываю, что вы будете держать меня в курсе новостей. А сейчас нам лучше разойтись в разные стороны. Чем меньше вероятность, что нас увидят вместе, тем лучше.

— Погодите! – остановил его Валантен. – Вы не могли бы раздобыть мне оружие? Без единого средства защиты в кругу врагов я чувствую себя беспомощным, как цыпленок, выпавший из гнезда, и это очень неприятное ощущение.

Вместо ответа агент тайной полиции сунул руку под лацкан редингота, достал из-под мышки короткий пистолет и вручил его Валантену, а затем широко зашагал было прочь по берегу реки, но вдруг порывисто обернулся, хлопнув себя по лбу:

— Ах да! И последнее… Я только что получил весточку из Парижа о скором прибытии особого посланника от столичного легитимистского комитета. Им станет адвокат Пьер-Николя Берье. Этот человек успешно защищал в судах уклонистов от воинской повинности и шуанов. В прошлом году он громче всех ратовал за приезд герцогини Беррийской в Вандею, но с тех пор переобулся. Мое начальство считает, что его направили сюда герцог де Блакас и наиболее умеренные члены комитета, чтобы убедить Марию-Каролину окончательно отказаться от вооруженной борьбы.

Валантен, услышав эту новость, вскочил на ноги, бросился к человеку в черном и сгреб его за лацканы редингота:

— Посланник от столичного комитета? И вы только сейчас мне об этом говорите?! Да это же катастрофа! Как только означенный Берье меня увидит или даже если ему просто скажут обо мне, он разоблачит меня как самозванца!

Берне явно позабавило, что молодой инспектор занервничал. Ухмыльнувшись уголком рта, агент тайной полиции осторожно разжал одну за другой руки Валантена, вцепившиеся в его одежду, и заговорил подчеркнуто ласковым тоном, каким утешают детишек, увидевших кошмарный сон: