Книга Кричащая Башня знает, страница 85 – Любовь Минеева

Номер нашей квартиры – 25. Почему-то я, когда взглянула на адрес, посчитала его счастливым. Революционная, 7, квартира 25. Отличный адрес для отличной новой жизни.

Быстро выяснив, что мне нужен второй подъезд, я вошла внутрь и поднялась на второй этаж. Оптимизм все нарастал. Кошками не пахло, полы и стены были чистыми.

Из-за двери квартиры № 25 орала музыка.

Какое-то время я стояла в ступоре, с зажатым в руке ключом. Уточнила у сбегавшей по лестнице девчушки адрес дома, в подъезде которого я торчала, недоумевая. Она все подтвердила. Революционная, 7.

Меньше всего на свете мне хотелось возвращаться ни с чем в теткину квартиру, и я решила, что лучше разобраться во всем на месте, и храбро нажала кнопку звонка.

Музыку убавили, послышалась возня, и вскоре дверь распахнулась.

Сначала я почему-то увидела коридор. Хотя его сложно было разглядеть из-за массивной фигуры, появившейся с другой стороны порога. Но мой взгляд в первую очередь вцепился в тускло-желтые затертые обои, перешел на грязноватый плафон над лампочкой, торчащей из стены, и, наконец, – на парня. Парадоксальность существования такого красавца в таком убогом интерьере сразу бросилась мне в глаза. Загорелый торс с идеальным рельефом, едва прикрытый черной порослью волос, низкий пояс джинсовых шорт, доходивших до колен, трехдневная небритость на лице и огромные глаза – черные, как ночь.

– Да? – спросил он, смутив меня своим вопросом. Ну что я, право, как малолетка, засмотревшаяся на экранного героя из латиноамериканских сериалов.

– Э… Извините за вторжение… – Господи, Настя, что ты несешь? Какое вторжение? Ты стоишь в подъезде. – Вернее, за беспокойство. Это квартира Вячеслава Нагаева?

Парень выглядел озадаченным.

– Ну, вообще да.

Я слегка расслабилась. Как минимум квартира действительно есть.

– Вы ее снимаете?

– А в чем дело-то?

Я снова смутилась. Устроила тут ему допрос, тоже мне, прокурорша.

– Понимаете, я его дочь. Анастасия. – Сроду не называла себя полным именем, да и на хрен оно ему сдалось? – Мы с матерью переехали сюда, в Арслан. И отец сказал, что мы можем занять эту квартиру.

Я чувствовала себя невероятно глупо. Сцена выглядела так, словно я жду, что мы немедленно, здесь же, поменяемся местами: он такой «ну ок» и выйдет в подъезд, а я зайду в желтый коридор и захлопну дверь.

Парень между тем резко выдохнул, почти фыркнул. Быстрым жестом пригладил макушку, потер лоб.

– Заходи, сестренка, хоть познакомимся. – Он шире распахнул дверь, приглашая меня внутрь. Обращение «сестренка» – слишком вальяжное! – мне не очень понравилось, но бархатный взгляд его цыганских глаз сгладил момент. Я медленно вошла и спросила, наблюдая, как он поворачивает собачку дверного замка:

– Так вы снимаете?

Он бросил на меня насмешливый взгляд:

– Да нет. Наш папаша разрешил мне тут пожить. Не ожидал, что он даже не соизволит сообщить, что мне пора собирать манатки.

Тут до меня начало доходить. Парень между тем сделал широкий жест в сторону комнаты.

– Проходи, хоть кофе попьем. Потом я вещи соберу. Я, кстати, Радмир. Ты хоть знала о моем существовании?

Но я оставалась стоять на пороге, точно вкопанная. Мой потрясенный вид его развеселил.

– Вот люди, а? Нарожали детей и хоть бы перезнакомили их между собой!

Он пошел в комнату, и мне ничего не оставалось, как двинуться следом за ним.