Книга Королева Лета, умри, страница 50 – Любовь Минеева

— Про мужика, который шел за Майей?

— Ну, это ей, может, и показалось… А вот ее вопросы о том, могли ли Таню убить в другом месте… Помнишь ту записку?

Вика достала телефон, открыла фото и прочитала:

— «Кажется, я видела убийцу. Но почему он был так далеко от школы? Я не понимаю, что видела, поэтому не хочу разговаривать с ментами. Когда пойму – тогда и расскажу. Так что отвяжитесь от меня».

— В Сашкином стиле, – кивнул Ленька.

— Так что она видела-то? С чего она решила, что это – убийца?

— Ну, Сашку-то мы сможем склонить на свою сторону. И заставить все рассказать. – он посмотрел в сторону соседнего дома. Ни единого звука. Вечеринка с их уходом подошла к концу. – Завтра заглянем к ней – на трезвую голову, так сказать, – решил он.

И тут в дальнем углу двора послышался шорох. Явственный звук движения, такой не создает ветер или птица, встрепенувшаяся в кустах. Вика вскочила и уставилась в распахнутое окно.

— Что это было?

— Эй! – крикнул Ленька в сторону двора. – Кто там?

Он выбежал на крыльцо и пошел по дорожке к зарослям вишни. Прихваченную по дороге лопату занес заступом вверх.

— Осторожнее, – дрожащим голосом попросила Вика.

Снова движение – шумное, уже совсем не скрытное: кто-то отчаянно ломился через кусты. В следующую секунду – большущая тень мелькнула над забором. Ленька бросил лопату и рванул вперед, продираясь сквозь заросли. Упершись в забор, долго вглядывался в соседний двор. Там жила одинокая древняя бабка, редко выходившая из дому. Вряд ли она смогла бы так резво перемахивать через штакетник. Сколько он ни ждал, больше не раздалось ни шороху.

— Кто-то подслушивал нас, – сказал он, вернувшись к дому.

Вика стояла на ступенях, обхватив себя руками.

— Может, собака какая забрела, – без особой надежды пробормотала она.

Ленька не ответил и оглянулся на темноту позади себя. Что она скрывала? По спине вдруг побежали мурашки. Видимо, Вика чувствовала то же самое.

— Пошли в дом…

Они зашли внутрь, и Леня запер дверь. Включил свет на крошечной кухне, Вика же торопливо задернула шторы. Когда она обернулась, он увидел, что ее глаза блестят от выступивших слез.

— Да ладно тебе, никто нас не тронет. Он же сбежал, понимаешь? Значит, не хотел, чтоб мы его видели.

— Ага, подготовится и вернется… – Вика всхлипнула. Какой же она еще ребенок при всей своей напускной дерзости!

— Ну ладно тебе… – Ленька притянул ее за руку и крепко обнял. – Мы же ведем расследование, помнишь? Естественно, найдутся те, кому это не понравится, нужно быть готовыми!

— Как? Может, у тебя пистолет есть или разряд по боксу?

— Нет, но я что-нибудь придумаю. Надо впредь держать язык за зубами насчет наших дел. Ну хватит дрожать-то…

Он погладил ее по волосам, она подняла взгляд, отняв голову от груди, и посмотрела на него – удивленно и обрадованно. А потом прикрыла глаза и потянулась к губам.

Ленька по инерции наклонился и поцеловал ее. В голове билось: «Зачем? Зачем?!» Но ее губы были такими сладкими и пахли вишневым соком, и он чувствовал, как она прижилась к нему всем телом, и низ живота томяще заныл. Он провел рукой по ее талии, и она затрепетала. Поцелуй все длился, становясь жадным и требовательным. Наконец Ленька нашел в себе силы отпрянуть и выпустить ее из рук. И сделать шаг назад.