Книга Кровь на песке, страница 218 – Брэдли Бэлью

Дауд сглотнул, стараясь не прислушиваться к лязгу сабель.

— Хорошо, – сказал он и, взяв Анилу за руку, оцарапал кинжалом ее запястье, приник к окровавленной ране губами, вызывая в памяти образ знака.

Он пил и пил, пока лязг сабель не слился в один ритм с сердцебиением Анилы. Он ощущал не только ее тело, но и душу, ее страх и возбуждение, магию, текущую по ее венам. Рука ее была холодна, но в сердце бушевало пламя.

— Сейчас, Дауд!

Стоило ему подняться, как черная стрела воткнулась в борт, вторая пронзила парус. Дауд высвободился из кафтана и кровью Анилы нарисовал знак прямо на своей бледной груди.

— Пристрелите его! – заорала Расима, указывая на него кончиком шамшира. – Пристрелите его!

Похоже, первые стрелы были предупреждением. Но теперь дюжина стрелков выстроилась вдоль правого борта, стрелы взметнулись в небо.

— Ложись, – велел Дауд. Его голос дрожал – но какая теперь разница?

Анила послушалась и, присев на корточки, продолжила вести корабль через гребни дюн.

Дауд вновь представил себе символ, вызвал его в сознании, направляя ветер против кеча.

Получалось у него медленно. Вот загудели от ветра паруса, вот закружился песок, снасти «Пылающего песка» зазвенели как струны арфы.

Новый залп. Некоторые стрелы безобидно упали на песок, остальные прошили борт.

Анила уставилась на него огромными от ужаса глазами.

— Дауд! Быстрее!

Дауд попытался не обращать на нее внимания – последнее, что ему нужно было сейчас…

Ногу будто огнем обожгло. Он опустил глаза и увидела торчащую из бедра стрелу.

Он закричал, схватился машинально за бедро, зажимая рану. Он боялся, ужасно боялся, не меньше, чем Анила, но гнев пересиливал страх. Гнев на все, что с ними случилось: на пустивших сонный дым в базилику, на смерть Коллума в душном трюме. На ультиматум Хамзакиира. На чужие игры, в которых стал пешкой. На то, что его заставили выбирать между собственной смертью и спасением Анилы. На этот треклятый корабль, что за ними гонится! Чувства эти копились, зрели в нем, словно буря, так быстро…

Новый залп исполосовал небо. Занимаясь огнем, Дауд не мог найти баланса между слишком слабым и слишком сильным огнем. Но сегодня – то ли помог его гнев, то ли кровь Анилы и тренировки – он поднял руку и просто смахнул стрелы. Они взмыли, как листья, и попадали в песок.

Дауд сосредоточился на кече. Сила бушевала в нем, поглощая кровь Анилы, песок и ветер били в его тугие паруса, приказы Расимы тонули в этом вихре, но Дауд расслышал страх в ее голосе. Он обрадовался – обрадовался, что наконец-то она чувствует то же, что и он.

Веревки полопались, порвались паруса. Корабль не успел взойти на дюну, покачнулся и начал сползать, матрос сорвался с мачты. Дауд отпустил ураган, позволив ему бушевать свободно. Немного ветра он оставил для ялика, и тот полетел по песку с невиданной скоростью.

Анила смотрела на него огромными глазами. Когда наконец «Пылающий песок» полностью скрылся из виду, она выпрямилась и, вскинув руки, закричала, засмеялась в экстазе.

— Это было потрясающе, Дауд! – Она сжала его в объятиях. – Слышишь? Яркий взор Тулатан! Ты – потрясающий!

Она рассмеялась снова, и в этот раз Дауд подхватил смех.