Книга Кровь на песке, страница 205 – Брэдли Бэлью

— Значит, это она…

— Да, – сказала Айя, но как-то неуверенно. Салия прислонила посох к плечу и протянула руки.

— Подойди, дитя.

Чеда послушалась, вложила ладошки в ее большие мозолистые руки. Салия огладила их большими пальцами, прослеживая каждую линию, словно читала карту, снова и снова… Чеде начало казаться, что она пытается нащупать что-то и украсть. Ощущение это стало таким сильным, что она не выдержала: вырвалась и стиснула кулаки, зажала под подбородком на всякий случай. Айя хотела было заговорить, приказать слушаться, наверное, но Салия ее перебила:

— Идем-ка поговорим наедине, Айянеш.

Айя изменилась в лице. Теперь она выглядела испуганной, но не за себя, а за Чеду. Почему? Чеда понятия не имела и не успела спросить: Айя кивнула и велела ей ждать.

Побыть одной было неплохо, Чеде совсем не хотелось торчать рядом с Салией.

Они скрылись внутри дома, а Чеда отправилась слоняться по плато. Она набрала камешков и кидала их в желтых ящериц, высовывавшихся порой из норок. Далеко она решила не отходить: ей захотелось кое-что проверить.

Она вернулась и села на корточки над той же песочной проплешиной, что и Салия, воровато огляделась и погрузила пальцы в песок. Он был совсем мелкий, как пудра, но ничего особенного. Чеда набрала его в ладони и подбросила в воздух, как Салия. Ничего не случилось.

Она попробовала снова, но в этот раз получилось слишком высоко – ветер сдул ей все прямо в лицо. Чеда принялась тереть глаза и отплевываться. Что за дура!

Вытряхнув песок, она быстро оглянулась, не идет ли мама, но в дверях никого не было.

Снова и снова она подбрасывала песок, чтобы вернуть то самое волшебное чувство, но не получалось – песок так и остался просто песком.

— Она такая ведьминская ведьма! – прошептала Чеда.

— Чеда?

Красная как рак Чеда встала и обернулась к маме. Та подошла, взяла ее руки в свои, гладя ладони, как Салия, но так ласково!

— Я попрошу тебя кое-что сделать, – наконец сказала она. – Это нечестно, но жизнь вообще нечестная штука.

У Чеды все волоски на теле встали дыбом.

— Что сделать?

— Кое-кому нужна наша помощь. Твоя помощь. Масид приходил в Шарахай рассказать мне об этом. Я поговорила с Леорой, и она согласилась, что это нужно.

— Почему мне надо это делать?

— Потому что ты особенная, Чеда.

— Почему особенная?

— Неважно.

— А кому надо помочь?

— Одному потерявшемуся человеку на краю безумия.

— Кто это?

— Пожалуй, его можно назвать отцом нашего племени.

— Какого племени, мам? – Чеда уже ничего не понимала.

— Это неважно. Он нам нужен, мы не можем допустить, чтобы с ним случилось то же, что и с остальными. Об этом я и говорила с Леорой, с Салией. Они обе думают, что ты сможешь помочь, и я с ними согласна, Чеда. Понимаю, для тебя это звучит бессмысленно, но, прошу, будь храброй. Будешь?

Чеду охватил смутный страх, но она кивнула.

— Хорошо, – ответила Айя.

Чеда хотела, чтобы она сказала, что все будет хорошо, но мама просто впустила ее в прохладный дом Салии. Они ели черный плотный хлеб с разбавленным вином и часами говорили о какой-то ерунде. Чеда никогда еще не чувствовала себя так неловко. Будто только ее волновало, что придется делать! Почему никто это не обсуждал?

Они поставили паруса на закате и пошли на северо-восток, к Шарахаю. Чеда храбрилась, но стоило ей увидеть темные островки-рощи, освещенные лунным светом, как она поняла.