Книга Стена копий, страница 83 – Брэдли Бэлью

— Ты моя внучка.

— Так дай своей внучке свободу, которая ей так нужна.

Лицо Исхака побурело. Он хотел что-то сказать – наверняка скомандовать ей остаться, – но тут зазвонила рында, собирая всех на обед.

— Помоги старухе дойти до костра, – быстро вклинилась Леора, – и разделить трапезу с любимыми.

Она протянула Исхаку руку. Тот помедлил, но помог матери подняться.

— Разговор еще не окончен, – сказал он Чеде, выводя Леору из шатра, – далеко не окончен.

Чеда поднялась тоже и заметила, как Леора, обернувшись, подмигнула ей.

Солнце садилось над Шангази. Чеда сидела на песке у плюющегося искрами огня, а вокруг возились, болтали и хихикали десятки детишек. Племя устроилось между кораблями, и остывающий к вечеру воздух полнился весельем, историями и дружескими спорами.

День пролетел быстро. После еды Чеда и Леора отправились на долгую прогулку – «оздоровительную», по словам Леоры, – а потом уселись на палубе ее яхты поболтать. Леора изо всех сил старалась не говорить о серьезных вещах и задавала лишь самые невинные вопросы: что Чеда любит есть? Что не любит, но Айя ее заставляла? Она рассмеялась, когда Чеда призналась, что ненавидит баклажаны, которые Айя упорно готовила хотя бы раз в неделю.

— Мой рецепт, – сказала Леора и рассмеялась снова, увидев смущение Чеды.

— Иногда они мне нравились, – добавила Чеда, стараясь сгладить впечатление, но Леора отмахнулась.

— Никогда не угадаешь, что ребенку по вкусу придется. Я сама их не особенно любила, да и видела редко: тогда мало кто из караванщиков их возил. Но когда удавалось достать немного баклажанов, Айя набирала лепешек и в одиночку съедала половину миски. Наверное, она их готовила, чтобы почувствовать себя как дома, как в пустыне.

Они разговорились о видах, звуках и запахах города. О музыке, пьесах, жонглерах и сказителях, о жуликах, охотившихся на путешественников, пришедших в город с полными кошельками и широко раскрытыми глазами. Чеда, в свою очередь, расспрашивала Леору о жизни в пустыне, и та отвечала охотно, но своими ответами умудрялась вновь поворачивать разговор к Янтарю пустыни.

«Он притягивает ее», – поняла Чеда. Возможно, потому, что Айя затерялась в этом городе и они с бабушкой никогда больше не увиделись. А может, потому, что Леора там никогда не была. А может, и то и другое.

Чеда решила пойти за ее интересом и подробно отвечала на все вопросы, зная, что о Великой Шангази они еще поговорят, и очень скоро.

Когда наступило время ужина, она решила сесть с детьми. Ей не хватало смеха и крика сорванцов, играющих в Розовом квартале. Девочка с каштановыми волосами, покрывалом свисавшими ей на лицо, указала на миску Чеды.

— Тебе нравится?

Чеда улыбнулась.

— Я в восторге.

Девочка просияла ярче закатного солнца: она еще перед ужином сообщила Чеде и остальным, что помогала готовить жаркое. Еда была простая, но невероятно вкусная: козлятина только с вертела, в томатно-луковом бульоне, с рассыпчатым коричневым рисом и приправленная кедровыми орешками. Лепешки c солью и лимоном, а для них – вкуснейший йогурт с тертым чесноком, козий сыр и свежие травы, по вкусу похожие на подкопченный кумин, – их собирали на соседней горе. Запивали это все чистой колодезной водой с мятой и огурцом. А какой был арак! Чеда никогда еще такого не пробовала. Он пах кожей, дымком, а на вкус – жгучий ликер из смородины, огненной ягоды и свежего меда.