Книга Стена копий, страница 42 – Брэдли Бэлью

Рамад присел на корточки, чтобы смотреть ему в глаза на одном уровне.

— Она сегодня в хорошем настроении, Пони. Как думаешь, откуда я знаю?

Парень глянул снизу вверх на Амариллис и покачал головой.

— Просто она ласково с тобой обошлась. Но я бы на твоем месте проверять во второй раз не стал бы. А теперь скажи: почему вы не дали ей забрать Тирона?

Пони кашлянул, но промолчал.

— Ну хорошо. – Рамад встал, давая дорогу Амариллис.

Пони отчаянно замахал руками.

— Это все Вдова!

Рамад положил ладонь на предплечье Амариллис.

— Кто?

— Вдова велела его тут держать! Чтобы никто не забрал!

— И кто она такая?

Пони уставился на него как на идиота.

— Хозяйка этого места и еще дюжины таких же.

Рамад переглянулся с Амариллис. Она кивнула в ответ на невысказанную просьбу, готовая узнать больше.

Рамад поднял парня за плечо.

— Ты идешь с нами. Пора побеседовать с Вдовой.

* * *

После полудня они зашли под мост, изогнувшийся над пересохшим руслом Хадды. Рамад присмотрелся к трехэтажному особняку, который Пони назвал домом Вдовы. Прохожие оглядывались на них, но стоило им увидеть острое лезвие ножа, который демонстрировал всем Цицио, как они поспешно отводили глаза.

— Она сейчас там? – спросил Рамад.

Пони, спрятавшийся в тени, кивнул.

— В полдень обычно пьет вино на верхнем этаже.

В отличие от большинства соседних домов, особняк был построен из красного камня, ухоженный и отделанный простым булыжником, как рубин в серебряной оправе.

— Даже сегодня?

Стоял саланди, день отдыха в пустыне.

Пони помялся, поковырял ногой песок.

— Скорее всего.

Он нервничал. Не смотрел на особняк. Рамад Вдову не знал, но, судя по тому, что рассказывал о ней Пони по пути сюда, она была из тех, кто берет плату за предательство кровью.

Рамад кивнул Амариллис, та перерезала веревки.

— Беги к своим маленьким друзьям, – сказала она, пнув Пони на прощание. Тот, не удержавшись, упал, но быстро вскочил и, пригибаясь, помчался по руслу.

Отпустив его, Рамад, Амариллис, Цицио и Враго выбрались на берег и проникли за ограду, стараясь действовать быстро: им не улыбалось давать Вдове время подготовиться. Входная дверь была закрыта, зато окна распахнуты – ветер задувал внутрь мягкие белые шторы. Рамад только ступил на крыльцо, как вдруг дверь отворилась и вышли трое охранников: две женщины с шамширами наголо и здоровяк, небрежно державший здоровую шипастую дубину. За ними маячил знакомый паренек в шерстяной ермолке. Тот самый, вырезавший змею.

«Стоило догадаться, мать его», – подумал Рамад, чувствуя себя идиотом. Следовало подождать, присмотреться к этому месту повнимательнее, а он слишком волновался за Тирона.

— Я пришел повидаться с Вдовой, – объявил Рамад, остановившись у подножия лестницы.

— Повидаешься, – произнес здоровяк на идеальном каимирском. – Но только ты. И сперва сдай все оружие.

Рамад оглядел его внимательнее. Охранник был смуглый, как пустынник, но тяжелый лоб выдавал каимирскую кровь.

— Что происходит?

Закинув дубину на плечо, здоровяк протянул руку.

— Это ты у госпожи спросишь.

Рамад подумал немного, но все же передал ему и саблю, и нож.

— Отведи его, – бросил здоровяк, забрав оружие.

Мальчик кивнул, дождался, пока Рамад войдет. Снаружи особняк выглядел довольно впечатляюще, особенно по сравнению с соседями, но внутри… Алу всемогущий, да внутри этот дом мог поспорить с дворцами Висячих садов, что в восточных районах Шарахая. На пьедесталах стояли бронзовые статуи, стены пестрели картинами. Потолок и встроенные тут и там ниши, разбавлявшие прямые линии, украшены были фресками. По центральной лестнице Рамад с мальчиком поднялись на третий этаж, в разбитый прямо на крыше дворик, где сидела старомодно одетая женщина с черным платком на голове. Она была стара. Очень стара. Кожа ее сморщилась, щеки ввалились, и всем своим видом она напоминала дряхлую охотничью собаку. Но вот взгляд ее глаз был остер, губы поджаты – она не считала нужным скрывать свое недовольство.