Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 3, страница 19 – Жоубао Бучи Жоу

— Вот как… – пробормотал Мо Жань.

Услышав слова про совершенное зло и многочисленные убийства, Мо Жань сразу понял, что к Чу Ваньнину это точно не имеет никакого отношения, зато тут же невольно задумался о собственной душе. «Интересно, – думал он, – а когда я умру по-настоящему и снова попаду сюда, моя жэньхунь в наказание окажется расколота надвое?»

Чу Сюнь тем временем продолжал:

— Но если его дихунь все-таки разделилась, то вторая, как и первая, также не должна была быть способной перемещаться, а значит, ее бы тоже отправили в «Прибежище больных душ». Однако если вы побывали там и видели лишь одну дихунь, я думаю, это значит, что другая цела и невредима.

Слова Чу Сюня принесли Мо Жаню огромное облегчение, и он затараторил:

— Большое спасибо вам, господин! Тогда я… Тогда я прямо сейчас отправлюсь на поиски!

— Прекрасно. Ранее компас указывал два направления: на юго-восток, где находится «Прибежище больных душ», и на северо-восток. Думаю, вам стоит двигаться к северо-востоку и по пути искать вторую дихунь господина Чу. Однако бескрайние просторы царства Нанькэ бороздят тысячи и тысячи душ, ожидающих перерождения…

Чу Сюнь тяжело вздохнул.

В его ласковом взгляде Мо Жань уловил жалость и сразу понял, что он имел в виду.

По бескрайним просторам царства Нанькэ скитаются тысячи душ. Даже зная, в какую именно сторону нужно идти, разве сможет он быстро найти душу своего учителя?

Если двоим не суждено встретиться, они не увидят друг друга даже посреди ярко освещенной улицы, разминутся и двинутся в противоположные стороны, не удостоив друг друга и взглядом.

А заметить друг друга в полной тишине и темноте будет и того сложнее.

Однако мягкий нравом Чу Сюнь ободряюще хлопнул Мо Жаня по плечу и произнес:

— Вы искренни в своем желании снова увидеть его, юный господин, а потому у вас непременно получится.

В миг, когда он это сказал, огонек свечи дрогнул, и черты лица Чу Сюня, так похожего на Чу Ваньнина, слегка размылись в неверном свете, утратили четкие очертания.

И тогда Мо Жаню показалось, будто сам Чу Ваньнин ласково смотрит на него и говорит, что они скоро увидятся.

Сердце юноши невольно сжалось, а на глазах выступили слезы. Он поспешно опустил голову, почтительно поклонился Чу Сюню и хрипло сказал:

— Господин, я очень вам благодарен.

Чу Сюнь молча глядел, как юноша поворачивается и уходит. Закрыв за ним дверь, он еще какое-то время растерянно стоял у порога. В его раскосых глазах застыло изумление.

Он только что видел в глазах того юноши… слезы? Но призраки не могут плакать. Или ему показалось? А может…

Чу Сюнь обернулся и бросил взгляд на вазу, в которой стояли цветущие ветви красной яблони. Растения из мира живых не выдерживали давления иньской ци демонического царства, сколько бы Чу Сюнь за ними ни ухаживал; вот и сейчас один лепесток уже отделился от цветка и, покружившись в воздухе, упал на старинный деревянный стол.

Чу Сюнь подошел ближе и поднял лепесток, однако тот почти сразу рассыпался у него в ладони белесой пылью и рассеялся в воздухе где-то над полом.

— Кто-нибудь, подойдите.

Дверь тут же отворилась, и в комнату вошел призрак в маске. Подойдя к Чу Сюню, он почтительно замер.

— Слушаю вас, господин Чу.

Продолжая смотреть на цветы яблони, Чу Сюнь тихо спросил: