Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 3, страница 122 – Жоубао Бучи Жоу

— Кхе-кхе!

На этот раз Чу Ваньнину было стыдно настолько, что красными стали не только его уши, но и все лицо. От неожиданности он нахлебался воды и закашлялся. При мысли о том, что в этой самой воде только что мылся другой человек, Чу Ваньнин ощутил раздражение вперемешку с дурнотой и, утратив последние крупицы спокойствия, принялся яростно барахтаться в попытке поскорее встать на ноги.

Да как он, возвышенный и совершенный старейшина Юйхэн, мог… Внезапно чья-то красиво очерченная сильная рука схватила бестолково бултыхавшегося, сгоравшего от стыда Чу Ваньнина и легко выдернула его из-под воды. Это был тот самый незнакомец, которого, очевидно, напугало резкое падение Чу Ваньнина.

— С вами все в порядке? – тихим и низким голосом спросил мужчина, цепко держа Чу Ваньнина за руку. Из-за разницы в росте получалось, что, когда мужчина говорил, чуть склонив голову, его голос звучал у самого уха Чу Ваньнина. – Здесь очень скользкий камень, вам стоит быть осторожнее.

Уши Чу Ваньнина заалели еще сильнее. Он чувствовал, как грудь незнакомца почти касается его спины, как она поднимается и опадает совсем рядом, поднимается и снова опадает… Опадая, она будто милостиво сохраняла Чу Ваньнину жизнь; когда же вновь поднималась, ему начинало казаться, что ему в спину вот-вот упрется лезвие меча или наконечник стрелы.

Чу Ваньнина захлестнули ярость и стыд. Никогда и ни к кому он не стоял так близко!

Резко сбросив руку незнакомца, он отвел глаза и с мрачным лицом ответил:

— Все в порядке.

Рокот водопада приглушил голос Чу Ваньнина, но незнакомец, едва услышав его ответ, почему-то сперва вдруг вздрогнул и замер, а потом приподнял руку с таким видом, словно хотел сказать что-то еще, но так и не осмелился…

Пока он колебался, Чу Ваньнин уже отошел достаточно далеко и встал под грохочущим водопадом, а точнее, попросту спрятался под его сильными струями.

Сердце Чу Ваньнина билось как загнанное, а лицо горело от злости. Боковым зрением он видел, как мужчина в ступоре стоит на прежнем месте, возвышаясь, будто гора. Пусть Чу Ваньнин и избегал прямо смотреть на незнакомца, он всей кожей ощущал на себе его пронзительный взгляд, подобный пышущему жаром клинку, который только-только вытащили из кузнечного горна. Он пронзал водную завесу, превращая капли в клубы белого пара, и решительно упирался Чу Ваньнину прямо промеж лопаток.

По непонятной причине Чу Ваньнин чувствовал себя невероятно оскорбленным. Его лицо кривилось все сильнее, и, кусая губы, он отступил глубже за толщу водопада.

Мужчина, однако, оказался полным болваном. Чу Ваньнин пытался отойти от него подальше, а он потянулся за ним, как марионетка на веревочках.

Чу Ваньнин пришел в бешенство. Этот чертов незнакомец напомнил ему о тех учениках-идиотах, кому вечно было нечем заняться, и они начинали творить всякие глупости. Также он вспомнил девушку, которая некогда, вместо того чтобы спать по ночам, залезала на крышу павильона Хунлянь и ждала, когда он пойдет купаться, чтобы подсмотреть за ним. От этих воспоминаний у Чу Ваньнина волосы встали дыбом, а рука, за которую незнакомец его держал, покрылась гусиной кожей.

К счастью, когда Чу Ваньнин, наглотавшись брызг, добрался до самого укромного уголка водопада, мужчина, похоже, наконец решил от него отстать. То и дело оглядываясь на ходу, он вернулся на прежнее место и встал под струю.